Передо мной сидит худенькая женщина Лариса Арап. Ее рассказ лаконичен и страшен по сути. О той правде, которую десятилетиями отрабатывало на людях наше государство… О преступлениях в так называемых закрытых учреждениях…

– В 2003 году в нашем жилищно-строительном кооперативе были вскрыты серьезные финансовые махинации. Мы провели собрание жильцов, и те избрали меня новым председателем. У меня есть все документы, я готова доказать… Но этого очень не хотели бывшие руководители ЖСК. Я и не могла предположить, что за такое своеволие жильцов наше руководство начнет травлю меня и моей семьи. Однажды меня пригласила соседка. Выпив у нее чаю, я потеряла сознание… Была "скорая", областная больница… У меня пиелонефрит. Но это было начало. Цепь дальнейших событий не поддается описанию. То нападение в подъезде, то звонки по телефону с угрозами убийства, то обнаруживала взломанной дверь в квартиру. Я писала в милицию и прокуратуру, но отовсюду получила отписки. Тогда я обратилась в ФСБ. Показательно, что именно в тот момент я проходила комиссию для замены водительских прав… Трижды сотрудники ФСБ вызывали меня к себе, предлагали молчать о финансовых нарушениях шефа нашего кооператива, а на третий раз просто вызвали 26-ю бригаду и пригрозили, чтобы молчала обо всем.

С накопившимся стрессом женщина обратилась за помощью в военную поликлинику Северного флота по месту работы, а там уже ждала разнарядка врачам: в психушку! Было это в середине мая 2004 года.

– Мой муж нанял адвоката, пытаясь освободить меня оттуда. Два судебных слушания по рассмотрению моего дела состоялись спустя лишь два месяца после моего "ареста". Через три дня после суда меня выпустили из больницы. Но и сейчас продолжаются угрозы… Что делать, не знаю.

– Там в больнице я увидела разных людей, и была удивлена, что среди них много нормальных, но… как с ними обращались: кричали, избивали, ставили капельницы, привязывая к кроватям, после которых люди становились, как зомби; насиловали, уводя по ночам в неизвестность, а утром возвращали в палаты истерзанными.

– Встретилась в больнице с девушкой Аней. Она побывала в Апатитах. В больницу попала после того, как у нее на глазах был убит родной брат. Следствие не желало раскрыть преступление. Свидетельницу направили в психбольницу. Аня рассказывала: "Детей там ставили в круг, заставляли подолгу ходить хороводом, затем, измотанных заставляли целовать и массировать ноги медперсоналу. Если кто не выдерживал и не желал этого делать, применяли электрошок. Дети боялись, ползали в ногах старших".

– Женщина из Полярного, владелица большой недвижимости, попала в психбольницу по требованию неизвестных людей, которым теперь позволено управлять ее собственностью… Однажды, когда она попыталась дозвониться до адвоката, ее скрутили, куда-то увели. Вернули в палату неузнаваемой. Сколько бы мы ни просили ее рассказать, что с ней делали, она сказала только одну фразу: "Пригрозили, если расскажу, то ее разберут на органы, как некоторых других". Во сне несколько ночей подряд она стонала, кого-то молила о пощаде…

– Мурманчанка, ее маленькую дочку изнасиловали какие-то подонки в школе во время занятий. Мать прибежала в школу к директору. Но элитной школе не нужны такие скандалы. Была вызвана "скорая" и мама пострадавшей была закрыта в психушке.

Истории некоторых несчастных столь циничны, что поражают своей жестокостью.

– Больные там превращены в рабов. Повышено давление у человека или нет, заставляли выполнять тяжелую работу: таскать баки, мыть стены и полы. Я не могла есть больничную пищу: ощущение такое, что нам просто намешивали помоев. Первая группа садится за стол, остальные обязаны стоять сзади. Если больной не мог доесть пищу, на его место сажали стоящего сзади и заставляли доедать. Я пыталась попросить позвонить домой, но для этого надо написать письменное заявление, и не факт, что после этого разрешат набрать заветный номер. Я не знаю, что делалось в мужском отделении, но до нас периодически доходили слухи, что некоторые больные вскрывали себе вены после диких "процедур".

Да, в клинике много реально больных. Но и много тех, кого упрятали, как говорится по злому умыслу. Ведь легче закрыть в психбольнице человека, пережившего стресс, чем отпускать средства на развитие реабилитационной помощи.

Слушая эту женщину, я вспоминала истории наших рыбаков, подолгу находившихся в плавании, ветеранов различных войн, которые по ночам вместо снов видят кошмары с разрывающимися на "лягушках" телами друзей, молодых мам, у которых по небрежности врачей погибали дети. Других людей. Многим нужна реальная реабилитация, многим необходима защита от разного рода подонков. Но вместо этого проще объявить человека сумасшедшим и закрыть в психушке. Нет человека – нет проблемы. И на что только не идут преступники, чтобы завладеть чужой собственностью, скрыть преступление. Да, отлаженная система работает достойно.

Из постановления суда: "замкнута, на контакт не идет". Это о моей собеседнице Ларисе – женщине с прямым мягким взглядом, с надеждой о помощи в глазах…

Да, в России слишком много учреждений, где есть смысл не раскрывать рта без адвокатов, свидетелей, прессы. Впрочем, на прессу мало теперь надежды.

И встает вопрос: а не пора ли менять эту систему? От избиений населения на улицах и пыток в закрытых учреждениях всего один шаг до ГУЛАГов по всей стране.

Нужно ли это нам всем?

Илона Новикова

Вы можете оставить свои комментарии здесь

30.07.2007,
Архив родственников Ларисы Арап