Выступление Сергея Удальцова.
  • 20-05-2008 (11:09)

Для демократии ничего не жалко

Национальная ассамблея прошла с конфликтами, но это только добавило ей драматизма и интриги

update: 14-04-2009 (13:50)

"Если меня спросят, где я был 17 мая 2008 года, то я с гордостью отвечу: на "Национальной ассамблее", - сказал в своем выступлении лидер питерских "яблочников" Максим Резник. Вероятно, большинство участников Национальной ассамблеи могли бы сказать то же самое. Однако людей, так или иначе причастных к этому мероприятию, было гораздо больше.

Сюжет первый. Власть

Кое-кто ночью не спал совсем, мастеря композицию из металла. В семь утра, когда дружинники из ОГФ подошли к зданию "Амбер-плаза", где планировалось провести заседание Национальной ассамблеи, шестеро молодых человек в быстром темпе выгрузили ее краном с японской грузовой платформы и бросили на тротуар. По словам одного из очевидцев, руководили всей операцией двое мужчин на автомобиле Volkswagen Touareg М334РО150. Конструкция, обмотанная красной тканью и мехом, символизировала фаллос. На нем красовалась надпись "Подарок от депутатов" - каких, не пояснялось. Тяжеленную трубу сдвинуть не удалось с места. "Что ж, - сказал один из журналистов, - фаллос как символ силы и плодородия - это добрый знак".

Вообще, организаторы, наученные горьким опытом, когда в последний момент в помещении для проведения конференции по выдвижению кандидатом в президенты Гарри Каспарова было отказано, решили заранее не афишировать место проведения Национальной ассамблеи. О сборе участников и журналистов на станции метро "Новослободская" стало известно лишь накануне вечером. Тем не менее власть подготовилась. Квартал, где располагался "Амбер-плаза", был напичкан ОМОНом. К 9 утра подъехали три автобуса с номерами Рязанской области и бомжами под руководством хорошо знакомых парней. "Это шоу в течение трех лет уже за нами катается, - сказал дружинник ОГФ Леонид. - Как они сами говорят, им платят по 200 рублей за час".

Смотрите также
Реклама
НОВОСТИ
Реклама
Реклама

Затем появилась кремлевская молодежь - человек 50, их также привезли на автобусе. Сплоченной массой они двинулись к входу с плакатами и листовками. Дружина ОГФ и охрана офисного центра преградила им путь. Как потом рассказал член ОГФ Александр Хатов, находящийся в эпицентре события, его пинали в живот, бросались на него с кулаками, пихались, но на провокацию он не поддался: "Я понимал, что они только и ждут ответного удара". Находясь уже под прицелом фото- и телекамер, "плотно сбитая стая" кроме ругани и обливания соком большего себе не позволяла. "Вы кого представляете, молодые люди?" - спросили их журналисты. "Мы? - молодой человек задумался, но через минуту вспомнил: - Да… да эту... "Молодую гвардию", - наконец выдавил он из себя.

Противостояние продлилось всего 15 минут. "Отходим! - скомандовал вожак с мегафоном. Молодежь пустилась наутек, а за ней вслед помчался ОМОН, стоявший неподалеку. Удалось ли кого-то поймать - доподлинно нам неизвестно. Ряд омоновцев перегородил тротуар. Кто-то утверждает, что видел, как задержали и сажали в автобус порядка 10 человек, но фактов никаких. Шум и беготня привлекла внимание не только прессы. К милиционеру подошел некто в черных очках и с зонтом, представившись сотрудником информационного отдела администрации президента, он попросил милиционера доложить, что происходит. Из офиса вышел и представитель администрации конференц-зала. На наш вопрос, не пожалел ли он, что они предоставили зал для проведения Национальной ассамблеи, мужчина ответил: "Для торжества демократии ничего не жалко".

Несмотря на повышенную бдительность охраны, состоящей из самих депутатов и сотрудников службы безопасности делового центра, провокаторы все же проникли в зал. Во время выступления Гарри Каспарова, который открыл Национальную ассамблею, был запущен в воздух летающий фаллоимитатор. К этому оказались причастны двое молодых людей, по паспорту один из них оказался Алексей Селихов. По чужим удостоверениям журналистов телекомпании "Пилот" они прошли в зал и пронесли в кофрах не камеры, а механические "игрушки".

На этом неприятные инциденты кончились, и обстановка постепенно улеглась. Однако ОМОН простоял в засаде до "победного" конца. В восемь вечера колонна из пятнадцати машин ОМОНа во главе с военной автоинспекцией пронеслась по Садовому кольцу. Как считают депутаты Национальной ассамблеи, власть растерялась. В отношении каждого оппонента она применяла особые средства анигиляции. "Правые? - Да, что вы! Они же финансируются Западом. Левые? - Еще хуже, они же тянут страну назад в "совок". А националисты? - Так это же самые настоящие фашисты!" Так вот, когда левые, правые и националисты собрались все вместе, рецепта по уничтожению этой компании у власти не нашлось.

 

Сюжет второй. Ассамблея

Не обошлось и без курьезов. "Мы считаем власть нелегитимной, потому что она не избрана большинством народа, не получена в ходе честной, конкурентной борьбы", - говорил перед заседанием Андрей Илларионов в интервью одной иностранной телекомпании (все это потом он скажет с трибуны). "Кто это?" - спросила коллег молоденькая журналистка официозного информационного агентства. Пришлось объяснить, что Андрей Илларионов - видный экономист. Кроме того, об этом можно было догадаться по его предельно структурированной речи. Четко по пунктам он ответил на ряд вопросов: кто мы? - общественные активисты, осознавшие свои права; что неприемлем? - насилие, шантаж, угрозы, террор; с чем согласны? - с кооперацией и сотрудничеством; что собираемся делать? - доказывать, что Россия созрела для демократии.

Если для некоторых журналистов депутаты Национальной ассамблеи и являлись терра инкогнита, то между собой они в основном были знакомы. "На две трети, - сказал один из депутатов, - благодаря участию в совместных акциях". Радостно приветствовали друг друга координатор ОГФ в Приморье Надежда Корчевная и депутат из Забайкалья, "яблочница" Марина Сухинина. Невозможно не задать было ей вопрос: как же так она осмелилась выразить несогласие с лидером "Яблока" Григорием Явлинским, который не поддержал идею Национальной ассамблеи? Марина ответила: "Мне понятно, почему Явлинский не хочет объединяться с Чубайсом, а также с Никитой Белых, которого финансирует Чубайс. Но мы в регионах друг друга поддерживаем и друг другу доверяем, потому что у нас общее дело. Сегодня преступно не предпринимать усилий к объединению".

По спектру представительства Национальная ассамблея стала уникальным собранием. Понять, кто и где сидит, было непросто. Журналисты облюбовали левую часть зала, где собралось много знакомых активистов Левого фронта и Совета инициативных групп Москвы: Сергей Удальцов, Дима Черный, Юрий Падалко, Алексей Сахнин, Костантин Косякин. Однако левые оказались всюду. Справа сидел бывший разведчик, легендарный Павел Басанец. Для участия в Национальной ассамблеи он специально прилетел из Китая, где фактически находится в вынужденной эмиграции. Из-за своих леворадикальных взглядов его также семь раз исключали из КПРФ. Павел поделился своими впечатлениями о Поднебесной: "Там все ходят веселые, есть бизнесмены, но никто не захватывает у них собственность. Соблюдается законность. Мы можем в 5 раз лучше жить, если свои ресурсы направим на благо народа".

Рядом с ним - бывший подполковник ФСБ, начальник по борьбе с бандитизмом Александр Гусак, в президиуме - генерал-майор КГБ, бывший депутат Государственной думы РФ Алексей Кондауров. Выступая, он критикует кадровые решения в правительстве: "Кто там способен задавать осмысленные вопросы, если ответственные за промышленность Сергей Иванов и Игорь Сечин - филологи, министр обороны Анатолий Сердюков закончил институт торговли, Татьяна Голикова - специалист по бюджету, а отвечает она за здравоохранение?" Про себя он говорит следующее: "Меня спрашивают, зачем мне, человеку с биографией это нужно. Плетью обуха не перешибешь. Я им отвечаю: "Но руку, держащую обух, можно".

Здесь же находится и наблюдатель от КПРФ Виталий Антипенко, выразивший поддержку консолидации сил для восстановления свободы и демократии в стране, а также сожаление, что этот процесс не возглавил Геннадий Зюганов. Вместо него о социалистических преобразованиях на Национальной ассамблее говорил Михаил Делягин. Он предложил не бояться слов "социализм" и "Советский Союз", который, по его мнению, нужно восстановить нам для глобальной конкуренции. Бурные аплодисменты заслужила и речь члена СКП-КПСС вице-адмирала Владимира Березина, который хорошо поставленным командным голосом призвал встать на защиту Родины. Восхищенный Станислав Яковлев так ее прокомментировал: "Огонь и сталь! Вместе с атомными подводными лодками сделали и этого дедушку!"

В духе Че Гевары произнес и свою зажигательную речь лидер нацболов Эдуард Лимонов. Казалось бы, от патриотического пафоса левым либералам должно было бы стать грустно. Отнюдь! Представитель либерального крыла Национальной ассамблеи, правозащитник Евгений Ихлов по этому поводу так сказал: "Я отдаю себе отчет в том, что риторика социалистов и националистов более эмоциональная, яркая и вдохновляющая. Настоящие либералы всегда в меньшинстве и они не приемлют утопизма. Я плохо отношусь не к политикам, придерживающимся других взглядов, а к карьерным политикам, которые начинают в политике в качестве клерков, привыкшие угождать и лавировать. Здесь таких нет, и это уже хорошо!"

Впрочем, клерками не выглядели и либералы. Самый торжественный момент в ходе конференции был связан не с принятием присяги (к этой церемонии многие оказались внутренне не готовы) и не с итоговым исполнением песни "Вставай, страна огромная", а с выступлением Андрея Илларионова. Когда он стал перечислять жертв режима (Галина Старовойтова, Анна Политковская, Александр Лебедь, Юрий Червочкин, зрители "Норд-Оста", дети Беслана и многие другие ), зал встал сам, не дожидаясь, когда Илларионов со сцены объявит минуту молчания. Более того, было даже непонятно, собирался ли выступающий с самого начала это сделать или действовал под влиянием зала.

Это звенящая трагическая нота вылилась в гимн ненасилию. Строфы этого гимна, оформленные в стилистически разные тексты, звучали практически в каждом выступлении: о нем говорили либералы, левые и националисты. Можно сказать, что тема ненасильственного сопротивления и недискриминационной политической конкуренции стала для заседания Национальной ассамблеи 17 мая ключевой.

Однако именно вокруг этой темы произошел на Ассамблее главный, если не единственный, содержательный (а не процедурный - о которых ниже) конфликт между депутатами.

"Винтовка рождает власть", - воскликнул в конце своего выступления нацбол Павел Жеребин. Был ли это эпатаж, или пылкий революционер (весь облик Павла укладывается в этот застрявший в голове с советских времен образ) в самом деле считает, что Россию спасет вооруженное восстание, - сказать трудно. Открыто оратор к оружию не призывал, но фразу-то все-таки произнес. А она, стоит отметить, сильно выбивалась из ряда не менее жестких, но гораздо более миролюбивых высказываний типа "кулака в бархатной перчатке", в который, по мнению националиста Александра Краснова, должны сплотиться все противники режима. Но в этом кулаке - не булыжник и не винтовка, а четкая аргументация. Почувствуйте разницу.

Разницу удалось почувствовать во время выступления Сергея Ковалева. "Винтовка рождает смерть, - оппонировал Жеребину опытный диссидент. - Если вы призываете к винтовке, то не надо подписывать Хартию". Молодые левые на этих словах стали Ковалева захлопывать. На следующий день, выступая на Сахаровской маевке, он скажет, что ему было страшно смотреть и страшно слушать "мальчиков", которые никого не научат демократии, потому что сами являются объектом воспитания.

Однако у некоторых из "мальчиков" тоже остались вопросы к Ассамблее.

 

Сюжет 3. Уроки парламентаризма

Интригу в работу Национальной ассамблеи (наличию драматизма, кстати, многие позитивно мыслящие депутаты только порадовались) внесли нацболы. Сергей Аксенов, опираясь на мнение 96 депутатов, предложил вслед за объявлением действующей власти нелегитимной сразу объявить Национальную ассамблею альтернативным парламентом. Перед принятием этого ответственного решения был устроен перерыв. За время, отведенное для чашки кофе, удалось произвести опрос по сделанному предложению. Координатор ОГФ в Санкт-Петербурге Ольга Курносова назвала инициативу нацболов несерьезной. Лучше будет, по ее мнению, назваться Учредительным собранием и в рамках него заниматься подготовкой законов. Поддержала эту идею и депутат из Калуги Татьяна Котляр. Национальная ассамблея, по ее словам, стала бы еще менее легитимным парламентом, чем Дума.

Член оргкомитета Национальной ассамблеи Анатолий Баранов сказал, что первый пункт уже итак присутствует в Декларации, а по второму съязвил: "Мало ли кто может себя объявить папой римским или даже мамой, что с того? Только нас посадят не в "желтый" дом, а в другое место". Призыв "вызвать огонь" на себя, то есть послужить этакой "ложной целью" для власти у большинства депутатов вызвал категорическое неприятие. Юрий Шмидт назвал его "юридически безграмотным" и "стратегически вредным". Но помимо нацболов идея все-таки понравилась ряду депутатов. Представитель Фронта национального спасения Валерий Юдин сказал: "Если действующий парламент нелегитимен, то в этой ситуации кто-то же должен взять на себя представительные функции!" Депутат от свободных профсоюзов "Набат" Сергей Коган также заметил: "А что разве Хоркина и Кабаева более легитимны, чем мы?"

Однако еще до окончания перерыва стало известно, что после экстренного собрания оргкомитета, обсудившего этот вопрос, Сергей Аксенов собирается отказаться от своего предложения. Как рассказал нам один из членов оргкомитета, выступление Аксенова их крайне удивило. Дело в том, что, как утверждает наш источник, между всеми организаторами Ассамблеи, в том числе и нацболами, существовала договоренность о том, что на первом заседании вопрос о признании Ассамблеи парламентом ставиться на голосование не будет. На экстренном заседании оргкомитета нацболам об этой договоренности напомнили, рассказали нам в оргкомитете. Впрочем, сами нацболы утверждают, что никакой клятвы не выступать со своим предложении на Ассамблее они не давали. Как бы то ни было, после перерыва Аксенов заявил с трибуны: "Наша сторона снимает предложение ради сохранения единства Национальной ассамблеи". После чего с криками "Позор!" многие лимоновцы покинули зал, хотя сам Сергей Аксенов и Эдуард Лимонов продолжали оставаться на своих местах. Человек 40 собралось на крыльце, якобы чтобы покурить. На самом деле обсуждалось только что происшедшее. Нацболы были явно расстроены.

"Мне это не понравилось, - говорит Наталья Чернова. - Депутаты спасанули, по-нашему - либо все, либо ничего". Больше всех возмущался Павел Жеребин: "Мы для чего стикеры клеили, чтобы создавать еще одну избу-читальню, избу-говорильню?" Сгладить ситуацию постарался Павел Басанец: "Надо было подавать в другой формулировке, что "мы депутаты Национальной ассамблеи готовы взять на себя функцию парламента, если нас поддержит народ". Такая формулировка, действительно, многим показалась более приемлемой. Дискуссия долго не продлилась, и страсти заметно улеглись. Сам Сергей Аксенов был спокойнее и выдержаннее остальных: "Мы будем добиваться в будущем, чтобы Национальная ассамблея стала действующим парламентом".

"Перекурив", нацболы стали возвращаться в зал, хотя кворум сохранялся и во время перекура. Казалось, что конфликт исчерпан. Тем более что с содержательной точки зрения его можно описать так - здесь и сейчас или потом, когда будем готовы (молодость и страсть против опыта и мудрости). Недаром, закрывая Ассамблею, Гарри Каспаров скажет: "За нами моральное право называть себя парламентом, представляющим российский народ".

Однако вопросы к организаторам Ассамблеи у многих депутатов остались. Их возмутило не то, что предложение нацболов не было принято, а то, что его даже не поставили на голосование. Впрочем, как заявили нам некоторые члены оргкомитета Ассамблеи, эти претензии нацболы должны высказывать собственному представителю, снявшему вопрос с голосования. Хотя то, в чем Сергея Аксенова одни могут упрекнуть, для других стало примером мудрого и компромиссного решения. У организаторов также есть еще один аргумент в пользу того, что вопрос не должен был голосоваться. Согласно регламенту Ассамблеи, любые предложения, требующие голосования, должны подаваться в письменном виде и за подписью как минимум 20 депутатов.

Эпизодом с нацболами конфликтные ситуации на заседании Ассамблеи не исчерпываются. Вторым, всплывшим в ЖЖ на следующий день эпизодом стала история про то, как редакционная комиссия отказалась рассматривать предложенные в письменном виде и подписанные 20-ю депутатами поправки к документам, принимаемым Ассамблеей. Свои замечания депутаты оформили в полном соответствии с регламентом, однако они так и не были доведены до сведения собрания. В адрес организаторов посыпались обвинения в вождизме и недемократичности, однако сами организаторы, в частности, глава организационной комиссии Денис Билунов склонны сводить всю конфликтную ситуацию к досадной организационной ошибке, из которой нужно сделать выводы, чтобы не допустить ничего подобного в будущем.

В понедельник, во время обсуждения на бюро Ассамблеи ее итогов Андрей Илларионов скажет, что депутатам и организаторам НА еще надо научиться работать более демократично, нужно на практике выработать новые механизмы, которые бы позволяли избегать конфликтных ситуаций, подобных тем, что мы описали выше. Учить демократии и парламентаризму, как оказалось, нужно не только "мальчиков" и не только народ. Учиться пока нужно всем. У большинства собравшихся на Ассамблее так же, как и у ее организаторов, нет достаточного опыта работы в парламенте. К сожалению, в нашей стране политический лифт давно сломан, и в нем застряли или не смогли в него сесть многие и многие активные люди, которые при другом раскладе стали бы сначала членами совета школы, потом депутатами муниципальных собраний, депутатами, президентами. Но даже если у депутатов НА нет большого опыта, у них есть воля и желание. И не только научиться парламентаризму, но и начать ежедневную работу, поставить на обсуждение более содержательные и насущные вопросы, начать работать с людьми, в регионах, на улицах. Во всяком случае, эту готовность тратить свое время и силы на работу в Ассамблее мы почувствовали, поговорив со многими депутатами по окончании заседания. "Чем же мы еще занимаемся, как не тратим свою жизнь на борьбу за свободу", - сказал вовсе не радикальный Максим Резник. И ему хочется верить.

Ольга Гуленок

Юлия Галямина

Вы можете оставить свои комментарии здесь

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Реклама
Материалы раздела
Реклама