Право на насилие?

Право на насилие? Право на насилие было у государства всегда. У любого государства. Но даже в тоталитарные советские годы насилие обрекалось хоть в какую-то форму законности – смертный приговор "врагу народа" в сталинские годы должна была хотя бы "тройка" подписать! В брежневские времена для ареста диссидента требовалась санкция генерала КГБ, ну как минимум полковника. И лишь нынешняя "суверенно-демократическая" вертикаль свершила немыслимое – даровала право на применение насилия самому мелкому "винтику" системы, слепо надеясь, что это избавит от ответственности в будущем.

Каждая мелкая сошка теперь может разделаться с оппозиционером, как Бог с черепахой: районный военком – незаконно призвать в армию, врач-психиатр из диспансера – отправить в "дурку", "неизвестное лицо" из известной организации – угрожать забить бейсбольной битой, а иногда и привести угрозы в действие без всяких для себя последствий, что впоследствии дело будет раскрыто и доведено до суда. А потом – спокойно прийти домой. Заварить кофе. Гыгыкать под телепетросянов. Воспитывать детей…

Напомним, что после трагической гибели Юрия Червочкина в прессу просочились выдержки из заявлений других оппозиционеров – Веры Вишейко, Веры Михайловой, Владимира Ковердяева и Сергея Баранова в Генпрокуратуру и МВД. Можем ли мы подозревать подмосковный УБОП, в частности, того же Окопного в том, что они как-то причастны к трагической гибели Червочкина? Увы, нет, разве что если "дойдем до Страсбурга". Ведь пока дело-то закрыто и круг лиц, подлежащих привлечению в качестве обвиняемых, "не установлен".

Не установлен.

Разве что можем отметить странное отношение государства к оппозиции – как к организованной преступности, раз ей занимается УБОП. Вспомнить страшный, очевидно, последний в жизни Юры звонок в редакцию сайта Каспарова.Ru, где тот успел предупредить: за ним "по следу" идут "старые добрые знакомые". Фигурировавшие в рассказах Вишейко, Михайловой, Ковердяева, Баранова… Можем вспомнить моральное давление на мать Юры – как долго ей не выдавали тело убитого в морге. Можем вспомнить похороны, по пути на которые автобусы с друзьями и соратниками убитого не раз "тормозились". А милиция переписывала документы всех, кто поехал отправлять товарища в последний путь. Вспомнить съемку "посторонних" на кладбище и громкий хохот снимавших, когда гроб опускали в землю. Как мне однажды сказал хорошо информированный человек, "милиции поручили заниматься "несогласными", ну она и занимается как умеет – как с уголовниками"…

Никогда не забудем мы и гадкую статью некоего "Посошкова" в сетевом "Русском журнале", что, "вот, растерли очередную грязь на ботинках Путина": "За несколько дней до проведения "Марша несогласных" Червочкин был избит неизвестными, и, разумеется, в произошедшем тут же нашли "след Кремля", "кровавую гэбню" и прочие любимые "либерастами" ужасы. Крокодильи слезы над его трупом – мол, умер герой, потеря для матери – все это вступает в мерзостный диссонанс с тем, что проповедует козлобородый лидер НБП. Кто кричит "Да, смерть!"? Кремль? Нет, дорогие мои, это кричите вы. И вы получаете то, что себе придумали, – другую смерть за другую Россию. Хороните своих мертвецов в другой земле – они нам не нужны. Это политика, деточки. Здесь могут и убить...".

Отметим, правда, что хоть в данном случае справедливость восторжествовала: зарвавшееся перо "Посошкова" не заметило, как заехало "за поля" и оскорбило своим грязным пасквилем не только Юрия Червочкина, но и… сами смотрите кого – статья начиналась словами "В день триумфа кремлевского карлика-престолонаследника…". Потому вскоре "Посошков" был с позором изгнан из сытной ФЭП-овской кормушки.

"Я поставила свечку за его здравие в деревенской церкви, попросила Бога взять пару лет моей жизни и отдать Юре, лишь бы он выжил. Через несколько часов Юра умер, – писала в трагические дни декабря 2007 года подруга убитого нацбола. – Юра был сильный и смелый. И очень-очень добрый… Когда я увидела его впервые, первое, на что я обратила внимание, это открытая искренняя улыбка. Никто не мог так улыбаться. Некоторые вообще не способны улыбаться. Им остается только уныло скалить зубы и знать или не хотеть знать то, что всякое зло наказуемо.

Проходят года, века, тысячелетия, мир съежился и насквозь прогнил. Нарывы вскрылись, и гниль все лезет и лезет из гнойных пор этой гадкой планеты Земля. Они убили Иисуса Христа, и с того момента, а, может, и задолго до него, они убивают и будут убивать тех, кто хороший и добрый, у кого есть сердце, есть душа, есть что-то такое, что способно бросить вызов всей этой гнили, мечтающих, чтобы планета Земля не была гадкой, чтобы на ней жили люди, а не убийцы".

Как верно сказано! Во все времена трясущаяся серость убивала лучших: самых честных, самых смелых, самых совестливых, чье сердце еще не превратилось в гламурную ледяную глыбу.

"Юре Червочкину едва исполнилось 22 года и он работал печатником в небольшом подмосковном городе. Он никого и ничего не боялся, – вспоминают друзья, – а еще у него был мелкий аккуратный убористый почерк, он писал большие тексты авторучкой печатными буквами, совсем не соединяя их, и это восхищало. Не всякий человек умеет смешно шутить. Юра умел.

Он носил ботинки какого-то совершенно фантастического, никогда не виденного мною в природе цвета – не то рыжего, не то кирпичного, с белыми сверкающими полосками… Почему-то, камрады, мне всегда запоминается обувь, которую вы носите, а не ваши лица, походка или манера говорить. В этой безумной обуви Юра ходил на протестные марши и пикеты, гулял по холмам своего зеленого города, встречался с девушками и рассказывал им о настоящей жизни. А потом Юра умер. Ботинки остановились в прихожей под вешалкой и больше никуда никогда не пойдут без своего хозяина. А настоящая жизнь… она, конечно, никуда не делась. Но все-таки без доброго смелого Юры Червочкина она какая-то не совсем настоящая. Или даже ненастоящая совсем".

Сергей Петрунин

• Cпецназ выбил нацболов из российского посольства в Киеве
• Суд дал нацболам Климову и Сидорину два с половиной года условно
• В Одинцовском суде состоится слушанье дела, в котором принимал участие покойный Юрий Червочкин
• Невеста убитого Юрия Червочкина попросила убежище на Украине
• Состоялись похороны убитого нацбола Юрия Червочкина
• Всероссийский гражданский конгресс почтил минутой молчания память Юрия Червочкина
• Умер жестоко избитый активист "Другой России" Юра Червочкин
• Даже если жестоко избитый "лимоновец" Юрий Червочкин выйдет из комы, он рискует потерять память