• 19-05-2011 (14:52)

Без крови

Третий "Опустошитель" пал жертвой анемии

update: 19-05-2011 (20:48)

"Опустошитель" (журнал), №3 ("Анемия"), 2011

От сумасшествия через социопатию к анемии — при желании в темах трех номеров журнала "Опустошитель" и их последовательности можно усмотреть определенные смысл и закономерность. А можно и не усматривать. С "Опустошителем" всегда так: и вынесенная в заглавие тема, и любые другие концептуальные трактовки, и интерпретации имеют совершенно равные права на существование. Проще говоря, может, это и в самом деле про анемию в самом широком смысле (безжизненность, упадок, слабость, опустошенность, обескровленность), а может, и не очень, зависит от того, под каким углом на это смотрит читатель. Так, во всяком случае, кажется мне.

По-моему, с таким же успехом, что и анемию, пресловутой "красной нитью" (что за отталкивающий штамп!) третьего номера можно было бы счесть и отвращение. Оно всегда присутствует на страницах журнала, но в этот раз составители "добавили" его в несколько больших количествах, а возможно, мне это только кажется (говорю же, с этим журналом никогда ни в чем нельзя быть уверенным, те "раскоординированность и дезориентация", о которых мы писали применительно ко второму номеру, дают о себе знать и в третьем).

НОВОСТИ
Реклама
Реклама

Часть текстов транслируют авторское отвращение, а часть, очевидно, вызовут его у читателя.

От каннибальских миниатюр Валерии Кабис (тухлое мясо, разбухающие трупы, слепота, странные суицидальные оргии в духе Берроуза, разложение в самом буквальном смысле слова) к странноватому переосмыслению детских сказок-мультиков с лесными животными "в главных ролях" Станислава Курашева (текст начинается с грубого "чмо", но скоро "выруливает" в нечто пронзительно-таинственно-романтическое), к манифесту отчаяния "Жир", принадлежащему перу автора по имени Арлекин.

"Жир", редкий в "Опустошителе" случай прямого, бескомпромиссного авторского высказывания, вызывает отчетливые ассоциации с сартровской "Тошнотой". Если вспомнить об анемии, то получается, что всю животворную кровь из протагониста выкачали, и на него обрушился вынесенный в заглавие отвратительный жир, который и погреб под собой раздавленного субъекта, не способного уже ни на какое усилие.

Следует серия коротких абсурдистских рассказов Артема Филимонова, каждый из которых завершается уходом главного героя, а также вновь всплывает тема трупного разложения: "Мертвый полуразложившийся Витя плыл в своей Еве, ни о чем не думая, и течение его несло из Москвы к морю...", "Николай купил большой красный шарик и улетел на Луну…", "Гнилая Таня сидела под деревом, глядя одним открытым глазом из-под панамы, и никто ее так и не нашел…" и так далее.

Затем Вадим Климов, который, между нами говоря, и является главным вдохновителем всего проекта. Его

довольно объемный текст потчует читателя уже привычным для тех, кто читал этого автора прежде, коктейлем из мизантропии, предельной некоммуникабельности, неприятных, болезненных сновидений и раздражающе-бестолкового абсурда бессмысленного и невразумительного человеческого существования.

На этот раз все эти темы находят выражение в отношениях, если их, конечно, так можно назвать, протагониста со своим отцом.

"Карты" Маргариты Кривченко — переходы между сном и явью, еще более бредовой, чем сон, вспышки агрессии, насилия и непристойностей. "С" Ники Дубровой — загадочный, как и большинство вещей в журнале, рассказ о том, как в одной не самой благополучной семье появился новый член — снеговик.

Порция абсурдистской классики: текст Самюэля Беккета, одноименный названию всего проекта, отрывок из произведения дадаиста Рихарда Гюльзенбека и служащий ему логическим продолжением своего рода микросборник "Дада в Кельне" — ценный подарок всем, кто интересуется великим, ужасным и нелепым движением дадаизма.

Текст Роберта Чалдини носит замечательное название "Причина смерти: неуверенность", которое вызывает смутные, как и все здесь, ассоциации с очень многими из других "опустошительных" произведений и отсылает нас — кстати, уже во второй раз в истории журнала — к убийству Китти Дженовезе, одному из знаковых событий для американского да, наверное, и мирового осознания всей глубины отчуждения, равнодушия и бесчеловечности современного общества.

Чалдини предлагает любопытную и остроумную психо-социальную трактовку обстоятельств этой ставшей знаменитой трагедии.

И "31" — доза юмора от Вадима Климова.

Наконец, "Метафизика противостояния" — серьезный философский и даже теологический текст Алексея Лапшина, который, после всего этого абсурда и странноватого прихихикивания звучит настоящим набатом, глубоким и внятным, и напоминает и о Мартине Хайдеггере, и о фундаментальном труде Гейдара Джемаля "Ориентация — Север", и вообще обо всем этом пласте метафизики и экзистенциализма.

Венчает все эту дадаистско-абсурдистскую симфонию своеобразный дневник пациента Станислава Курашева, где в заглавии упомянут опять-таки очень здесь характерный "поезд, который никуда не идет". По прочтении всего номера журнала воистину можно почувствовать себя измотанным, опустошенным и обескровленным. Тяжел и горек он, черный хлеб абсурда.

Электронная версия журнала "Опустошитель"

Антон Семикин

Вы можете оставить свои комментарии здесь

Реклама
Заявление
Заявление Форума Свободной России об агрессии Кремля против Украины
Третий Форум свободной России
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Обзор
Форум интеллектуальной альтернативы режиму
На III Форуме Свободной России. Фото: facebook.com/oleg.kudrin.5