Андрей Пионтковский. Фото с сайта: www.svobodanews.ru
  • 17-10-2012 (11:21)

От паханата к республике

Переходный период должен стать ювелирной операцией по демонтажу криминального режима

update: 17-10-2012 (11:22)

I

Требуя отставки нелегитимного "президента" и роспуска нелегитимного "парламента", оппозиция, чтобы получить решающую поддержку, обязана представить обществу убедительный план переходного периода от дня 1 до выборов законных органов власти. Именно развернутый во времени сценарий политического переустройства, а не просто картину "желаемого будущего".

Не симпатии к власти (с ней уже давно всем все ясно), а страх перед неизвестностью, перед прыжком в бездну хаоса и безвластия удерживает от перехода на сторону оппозиции миллионы ее потенциальных сторонников по всей стране и парализует волю номенклатурных крыс, готовых покинуть путинскую галеру.

Переходный период должен стать ювелирной операцией по демонтажу криминального режима с одновременным сохранением символов преемственности российской государственности.

Смотрите также
Реклама
НОВОСТИ
Реклама
Реклама

Подобная трансформация неизбежно влечет серьезные риски. Необходимость ее диктуется, однако, тем обстоятельством, что пролонгация существующего режима ведет уже не к рискам, а к неизбежной системной катастрофе.

Итак, предположим, что в определенный момент под давлением протестного движения и в результате раскола "элит" г-н Путин будет вынужден покинуть российскую политическую сцену. Кому перейдет власть в стране?

По действующей конституции премьер-министр становится и.о. президента. Ни Медведев, ни любой другой член путинской бригады, волей судеб оказавшийся на посту премьера в час падения режима, не может, разумеется, быть допущен к власти. Иначе это будет не мирная антикриминальная революция, а дворцовый переворот в пользу одного из криминальных кланов.

Следовательно, уходящий "президент" перед своей отставкой подписывает указ об освобождении от должности премьер-министра и представляет в Думу новую кандидатуру, предложенную протестным движением.

На наш взгляд, новым премьером и, следовательно, и.о. президента на переходный период, должен стать авторитетный ученый-правовед, не связанный с режимом и не претендующий на политическую роль после окончания переходного периода. Такая фигура может быть согласована на Форуме Свободной России.

Дума немедленно утвердит эту кандидатуру. В новой политической конфигурации (отставка альфа-самца) гамма-самцы, как показывает опыт падения авторитарных режимов, будут на все согласные. Возникает соблазн использовать и далее этот послушный и пластичный инструмент для принятия новой Конституции и необходимого пакета избирательного законодательства.

Этот привлекательный, на первый взгляд, вариант должен быть, однако, отвергнут. На конституционных основах будущей демократической России не должна лежать тень нелегитимного взбесившегося принтера. Утвердив кандидатуру премьера, Дума дружно самораспускается.

Следующая развилка – принятие новой Конституции либо Учредительным Собранием, либо всенародным референдумом. Вариант с выборами Учредительного (Конституционного) Собрания удлиняет вдвое потенциально неустойчивый переходный период. Конституцию (и ряд других законодательных актов о выборах) предпочтительней выносить на референдум, а их широкое обсуждение на Форуме Свободной России и в профессиональном сообществе вести уже сейчас.

В день 1 согласованный проект должен лежать на столе, тем более, что в обществе существует достаточно широкий консенсус относительно характера изменения Конституции.

Задача протестного движения в сфере политического переустройства заключается не в том, чтобы заменить плохого царя Путина на хорошего царя N, а в том, чтобы упразднить, наконец, в России должность царя. Властные полномочия Президента должны быть значительно сокращены по сравнению с действующей монархической, по сути, Конституцией.

Президент остается символом единства страны, гарантом конституционных прав граждан и главнокомандующим вооруженных сил. Председатель Правительства и ключевые члены кабинета назначаются и освобождаются от своих постов парламентом.

Половина депутатов Думы избираются по партийным спискам, половина в одномандатных округах. Члены Совета Федерации и губернаторы выбираются прямым голосованием жителей регионов.

Завершается переходный период избранием по новому законодательству Президента и депутатов двухпалатного парламента.

Итак, основная цель переходного периода — политическое переустройство России и создание законных органов власти. Что не означает, однако, что переходное правительство и Форум Свободной России не должны высказывать своей позиции по сущностным экономическим и социальным вопросам, волнующим общество, оставляя даже их обсуждение до появления избранных органов власти.

В 1917 году Временное правительство совершило подобную ошибку, намеренно отстраняясь от ключевых проблем того времени — Мира и Земли — до выборов в Учредительное собрание. Нашлись силы, которые перехватили эту повестку дня. Результаты хорошо известны, и по миру, и по земле, и по Учредительному собранию.

Сегодня таким центральным вопросом является статус собственности, сформировавшейся в стране за последние двадцать с лишним лет. У протестного движения и у переходного правительства должна быть ясно выраженная позиция по этому вопросу.

II

Переходный период даст стране легитимные органы законодательной и исполнительной власти. С какими первоочередными задачами придется столкнуться новорожденной демократической власти?

Достаточно распространена точка зрения, полагающая, что за последние двадцать лет в России успешно построена рыночная экономика, но, к сожалению, пока недостаточное внимание уделялось созданию демократических институтов. А вот теперь хорошо бы этот пробел восполнить.

Если это действительно так, то новые власти, а с ними и всю страну, получившую после окончания переходного периода и рыночную экономику и демократию в одном флаконе, ждет безмятежное будущее, над которым не стоит даже и ломать голову.

Однако согласиться с таким пониманием итогов посткоммунистического двадцатилетия категорически невозможно. Сегодняшняя авторитарная, манипулятивная, выхолощенная политическая система — не какой-то досадный диссонанс с развитой рыночной конкурентной системой, а абсолютно органичная и функционально единственно возможная политическая надстройка сформировавшейся в стране экономической модели — криминального общака правящей "элиты".

Узкая группа богатейших чиновников-бизнесменов, которым в течение последних двадцати лет принадлежит реальная политическая и экономическая власть в России, несмотря на крайне плачевные для страны результаты своей деятельности все еще убеждена в своем священном праве и в своей исторической миссии оставаться и впредь несменяемой и неизбираемой кастой и требует продолжения банкета.

Экономика России не развивается не потому, что пенсионный возраст еще не поднят выше средней продолжительности жизни, а некоторые школьники еще позорно изучают математику бесплатно.

И даже не потому, что для "национального лидера" построено 26 дворцов, а капитализация только самых известных созданных им лично нагло и бесстыдно на глазах всей страны общаков — Абрамовича, Гангрены, Косого и Ротенбергов — составляет более сотни миллиардов долларов.

Она безнадежно стагнирует, обрекая страну на вырождение, а народ на вымирание потому, что не может быть никаких творческих импульсов в мертвой среде, созданной реформаторами, где вся вертикаль от нацлидера до участкового полицая набухла воровскими общаками, закупорившими все социальные лифты, и где собственность обусловлена лояльностью феодальному сюзерену. Нет сегодня у страны более острой и неотложной чисто экономической проблемы, чем избавление ее от захватившей в ней государственную власть мафии воров в законе. Иначе не выжить.

Абрамовичи, фридманы, дерипаски, потанины, прохоровы, тимченки, чемезовы, ротенберги, ковальчуки никакие не бизнесмены в классическом смысле этого слова и никогда ими не были.

По своей ролевой макроэкономической функции, по характеру своей деятельности они — назначенные высшим руководством страны государственные чиновники, контролирующие бюджетные потоки и перераспределяющие сырьевую ренту. Эти фактические чиновники и виртуальные бизнесмены получили возможность совершенно легально отчуждать в возглавляемые ими и, как правило, хранящиеся за рубежом общаки огромную долю национального богатства.

Приватизировавшие государство номенклатурные воры в законе освобождены от ответственности частного собственника. Их "компании" никогда не разорятся, не обанкротятся, как бы невероятно высок ни был уровень потребления их владельцев и бенефициариев и как бы низок ни был уровень эффективности их управления. К ним удивительно подходит чеканная формула, рожденная по другому поводу 67 лет назад — преступники, овладевшие целым государством и самое государство сделавшие орудием своих преступлений.

Номенклатурная пуповина, связавшая в конце 80-х — начале 90-х новорожденный российский капитализм с властью, не только осталась неперерезанной, но и выросла в огромную ненасытную кишку.

В нее провалились за двадцать лет и залоговые аукционы, и пирамида ГКО, и госкорпорации друзей, и империи тимченок, абрамовичей, ковальчуков, шоломовых, ротенбергов. Континуальность этой приватизации страшна не столько даже вопиющей социальной несправедливостью, сколько прежде всего неэффективностью такой феодально-бюрократической формы "собственности", ее абсолютной нерыночностью.

Путь "собственника" к успеху в путинской России лежит не через эффективное производство и успешную конкуренцию, а через близость или прямую принадлежность к "властной вертикали", через эксплуатацию своего административного ресурса — маленького или совсем не маленького куска государства — и через абсолютную лояльность правящей бригаде и ее пахану.

Вина российских "реформаторов" вовсе не в том, что двадцать лет назад они не тем и не так раздали собственность. В начальной точке траектории это было почти неизбежно (коммунистическая номенклатура уже сама ее разобрала напрямую или через своих назначенцев) и в конце концов даже не так уж существенно.

Беда в том, что они так и не создали и даже не попытались создать базовые инструменты конкурентной рыночной экономики и прежде всего цивилизованный институт частной собственности, отделенной от административного ресурса власти.

В результате родился мутант континуальной номенклатурной приватизации forever, пожирающий страну и лишающий ее всякой исторической перспективы.

О какой рыночной экономике может идти речь, когда отсутствует ее фундаментальный институт — частная собственность? Наши "реформаторы" прекрасно знают, и не только как академические исследователи, но и как практикующие собственники, что любая частная собственность в России — от нефтяной компании до продуктового ларька — условна и даруется и изымается в жестком соответствии с приобретением или потерей условным владельцем административного ресурса.

Такая система может при заоблачных ценах на нефть достаточно долго стагнировать, но никакое содержательное развитие и никакие инновации в ней невозможны в принципе.

Построение конкурентной рыночной системы на месте воровского общака путинской бригады без обрушения хозяйственной жизни страны — задача не менее, а более сложная, чем восстановление политической конкуренции. Ее последовательное решение потребует принятия новым парламентом ряда законодательных актов, затрагивающих материальные интересы сотен тысяч, если не миллионов людей.

В отличие от более или менее консенсусной программы политического переустройства задача легитимизации собственности вызовет жаркие споры в обществе — от "все отнять и поделить" до "оставить все как есть". Кстати, обе программы мало чем отличаются друг от друга. Отставить все как есть означает продолжать все отнимать и делить между своими. Наши "либеральные реформаторы" (шуваловы, дворковичи) идеологически те же шариковы, только гораздо более циничные.

На самом деле обществу предстоит решить два разных вопроса:

а) как остановить непрерывное двадцатилетнее разграбление страны (перерезать номенклатурную кишку, соединяющую власть и бизнес одних и тех же людей) и

б) что делать с уже награбленным.

Ключевое экономическое значение имеет первый вопрос, и он в определенной степени решается уже в переходный период средствами политического переустройства, т.е. восстановлением государства в его истинном смысле. Второй вопрос менее важен чисто экономически, носит скорее политический и нравственный характер, но, безусловно, он будет волновать массовое сознание гораздо больше.

Представляется, что решение его будет во многом зависеть от личностного поведения самих бенефициариев последнего двадцатилетия сегодня и в самое ближайшее время.

Сохранение ими значительной части приобретенного и перспективы легально играть по правилам конкурентной рыночной экономики в обмен на их активное и эффективное содействие капитуляции преступного режима (частью которого они являлись) стало бы наиболее прагматичным сценарием Российской мирной ненасильственной антикриминальной революции. Эта опция пока еще для них cохраняется.

***

20-21 октября cостоятся выборы КС — штаба мирной антикриминальной революции. Одной из важнейших его задач будет разработка детального плана переходного периода от Паханата к Республике. Всех моих читателей и сторонников прошу проголосовать за следующих кандидатов:

Дениса Билунова

Сергея Гуляева

Андрея Илларионова

Владимира Кара-мурзу

Гарри Каспарова

Надежду Митюшкину

Бориса Немцова

Валерия Отставных

Михаила Шнейдера

(общегражданский список)

Ивана Тютрина

Александра Рыклина

Петра Царькова

Павла Шелкова

(либеральная курия)

Андрей Пионтковский

Реклама
orphus
Реклама
Обзор
Позор, дискредитация, вредительство
Михаил Касьянов на съезде ПАРНАСа. Фото: vedomosti.ru
Реклама
Реклама
Реклама
17б торговые платформы для торговли на форекс.
Штатная магнитола Киа по доступной цене.
Авторские экскурсии в санкт петербурге https://experience.tripster.ru/experience/Saint_Petersburg/