Фото с Триумфальной площади. Фото с сайта www.i052.radikal.ru
  • 01-04-2014 (16:06)

"Окончательно лишить права на протест"

Блогеры о новом законе, по факту запрещающем "несанкционированно" митинговать

update: 01-04-2014 (16:05)

Блогеры обсуждают новую инициативу властей. Разумеется, запретительную — разве вы сможете припомнить что-нибудь, что в последнюю пару лет в общественно-политической сфере РАЗРЕШАЛИ а не запрещали? Но в этот раз речь идет уже не о "желтой звезде" "иностранного агента" для фонда по сохранению амурского журавля и даже не о запрете усыновления сирот, а о конкретном тюремном сроке для людей, которые несколько раз в год выходили на "несанкционированные" акции протеста.

Напомним, что "несанкционированным" в прокрустовом ложе нынешней системы может оказаться не только протест политических активистов, но и, например, народное возмущение в Пугачеве или Бирюлево, Пикалево или Междуреченске. И самые простые люди, доведенные до крайности "фокусами" коррумпированных или непрофессиональных местных властей могут оказаться заложниками в их руках, лишенными прав на всякое выражение недовольства.

"Кремль дал, как ожидалось, ответ на западные санкции. Как уже повелось, асимметричный, — пишет Сергей Митрофанов. — Россиян решили окончательно лишить права на протест. Неоднократное нарушение порядка организации либо проведения митингов может грозить лишением свободы на срок до 5 лет. Законопроект на сей счет внесли 31 марта в Госдуму депутаты от "Единой России" Александр Сидякин и Андрей Красов и представитель "Справедливой России" Игорь Зотов. Предлагается дополнить Уголовный кодекс статьей, устанавливающей уголовную ответственность за неоднократное нарушение принятого порядка организации либо проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования. Такое правонарушение повлечет за собой штраф в размере от 600 тысяч до 1 млн рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до трех лет. Кроме того, в качестве наказания могут применяться обязательные работы на срок до 480 часов, либо исправительные работы на срок от 1 года до 2 лет, либо принудительные работы на срок до 5 лет, либо лишение свободы на тот же срок".

"Сегодня весь день переживал, что ничего особого не запретили. Ща почитал про ужесточение наказаний за митинги и успокоился. Стабильность!" — пишет Всеволод Чернозуб.

По теме
Реклама
НОВОСТИ
Реклама
Реклама

"Крепко Сидякин на митинги присел, сначал ограничил места, численность, скученность, штраф 300, теперь сажать. Зачем полумеры — расстрел", — пишет Илья Новиков.

"В Госдуму внесен очередной репрессивный закон. Уже сталинский, без всяких натяжек", — отмечает Евгений Левкович.

"Фирменный путинский стиль — постепенное закручивание гаек. Когда постепенно — оно ведь не так заметно. Не сосчитать, сколько раз за последний период менялось законодательство о массовых мероприятиях", — пишет Андрей Мальгин.

"Рейтинг Путина достиг 82%. По поводу недостающих 18% Следственный Комитет России уже возбудил уголовное дело (не мое)", — приводит шутку Олег Панфилов.

"В веселый первоапрельский день придется прокомментировать желание депутатов сажать протестующих граждан на нешуточные сроки, — пишет Олег Козырев. — Безумство последних лет не удивляет уже. Закон может быть принят. Тем более, что невинные люди уже сидят по болотному делу сравнимое время, да и гигантские штрафы протестующим были включены в законодательство и ранее. И все же надо обсудить сейчас не сам закон, а то, действует ли хоть как—то репрессивное законодательство?

Попробуем ответить на несколько вопросов:
1. А является ли вообще эффективным ужесточение законодательства?
2. Откуда в действительности исходит угроза властям, где прячется их будущий Майдан?
3. Каков ресурс нынешних властей, сколько у них времени?

Итак, вопрос первый. А является ли вообще эффективным ужесточение законодательства?

Мне довелось близко соприкоснуться с современным этапом протеста в 2005 году. Именно с этого года, после оранжевой революции, началось ужесточение законов, появился центр Э, отказы в митингах и маршах стали нормой. Все произошло буквально на глазах. Еще недавно оппозиция спокойно проводила марши по улицам городов, и вот раз отказ, два отказ и все — марши ушли в прошлое. Помню первый из таких отказов — отказ в антифашистском марше. Люди вышли к мэрии, их похватали (это было мое первое задержание), набили три автобуса, один из автобусов командир ОМОНа отпустил на ближайшем перекрестке, т.к. его дед был ветераном войны. Нас — из других двух автобусов скопом задержали и присудили штрафы.

Еще недавно мы спокойно проводили митинги и пикеты на площади Революции, на Пушкинской. И вот даже пикеты стало проводить невозможно. Отказы и отказы. Все это породило известные Марши несогласных с их проведением там, где люди захотят. А чуть позже вылилось в гениальную Стратегию 31 на Триумфальной.

И вот что удивительно. Ни ужесточение законодательства, ни все более частые избиения силовиками протестующих на митингах или в автозаках — ничто не сработало. Людей на акциях становилось все больше и больше. Гражданские проекты множились. В результате от нескольких тысяч на Маршах несогласных протесты в Москве выросли до десятков тысяч.

Заметим, что все вышесказанное относится и к цензуре. Предвзятость телевизионных пропагандистов приводит лишь к тому, что их аудитория неуклонно снижается. Оппозиция же и гражданское общество с легкостью и все более широко информируют граждан стране о реальном положении вещей.

После Болотной опять пошла волна ужесточения законодательства. Но разве кто-то ушел с улиц? С тех пор были и массовые шествия и массовые несогласованные акции. Тысячи людей уже прошли через автозаки, сотни — через заключение до 15 суток, и десятки — через полноценный арест.

Интересный эффект произвело ужесточение законодательства на оппозицию. От нее отсеялись приспособленцы, а те, у кого есть убеждения, как оказалось, смогли легко договориться. Правые и левые, либералы и гражданские активисты спокойно координируют свои акции до сих пор, поддерживают друг друга (сохраняя политическое разнообразие и несогласие по отдельным политвопросам).

Наконец, после ареста даже нейтральные граждане становятся более стойкими. Оппозиция получает когорту людей, прошедших через задержания и не испугавшихся. Чем больше будет задержанных и арестованных — тем, через некоторое время, больше оппозиция получит лидеров и активистов.

Выводы: ужесточение законодательства не снижает количество протестующих, а наоборот — увеличивает.

Интересно разобрать и другой вопрос. Откуда в действительности исходит угроза властям, где прячется их будущий Майдан?

Здесь лучше всего будет привести видео с одного забытого российского Майдана. Кто же там на этом видео? Агенты Запада? Бендеровцы? Гиви Таргамадзе? Это 2010 год, до всяких вам улиц Грушевского. ОМОН получает груду камней от работяг-шахтеров Междуреченска. Они бунтовали после аварии на Распадской и протестовали против скотских условий работы.

Уйдем на год раньше. Владивосток. "Путина в отставку!". Стихийное движение автомобилистов ТИГР после запретительных мер против праворульных машин подняло на уши всю Сибирь и Дальний Восток. Народ тысячами выходил на улицы, без всяких на то санкций властей.

Монетизация льгот — в Химках пенсионерки перекрыли Ленинградское шоссе. Позже протесты прокатились по всей стране и в ряде городов были очень жаркими.

В общем, перечислять можно много. При этом я намеренно оставляю за бортом межнациональные протесты от Кондопоги до Бирюлево, а ведь и такие протесты тоже были и были весьма серьезными. Я сосредоточился на социальном и политическом протесте.

Экономическое положение в стране столь безрадостно, а наглость и вороватость чиновников столь велика, что новые протесты могут вспыхнуть по любому поводу. И заметим, совсем не факт, что этот протест будет иметь хоть какое-то отношение к оппозиции. Ей будет достаточно просто ждать и, когда такие протесты начнутся, их поддержать. И все.

И никакие там законодательства не помогут, когда шахтеру захочется чем-то кормить детей. Никакой ОМОН не спасет, если автомобилистов достанет очередная смерть на дороге от авто чиновника. Бастрыкину лесов не хватит увозить всех тех в народе, кто захочет сказать правду о том, что происходит.

Выводы: основная угроза действующей власти исходит от народа, которого эта власть своими действиями и своим бездействием доводит до крайней черты.

Самый интересный вопрос. Каков ресурс нынешних властей, сколько у них времени?

Самые большие странности начались во власти после событий на Майдане и позже на Грушевского. Почему—то первым своим делом власти вдруг начали считать разоблачение "национал—предателей". Начали резко сажать Навального, еще—еще ужесточать законы, задерживать протестующих начали уже сотнями.

А поскольку главная угроза для властей все же не там, то эту-то угрозу власти не устраняют. Они не снижают уровень коррупции, не строят больницы и школы (наоборот, сокращают их число), не снижают число бедных, не помогают больным, не помогают инвалидам. Кроме того гостелевидение всерьез отупляет людей, провоцирует их на ненависть, вражду. Убивается и дискредитируются нравственная основа нашего народа... Дошли до того, что фашистов, откровенных неонацистов ставят во главе акций в память о войне. Правильная и исконная борьба людей за свою землю, за чистый воздух, за двор, дом, город, подается как дело вредное и ненужное и даже антипатриотичное.

В общем, тот факт, что власть совсем не занимается устранением реальной почвы для недовольства, а предпочитает охотиться за легальной оппозицией, которая просто им физически более доступна — времени у власти осталось мало. Крым дал время передышки только в борьбе с политической оппозицией. А как раз поводов для недовольства он только прибавит в народе, ведь страна станет беднее, люди станут голоднее, кто-то разорится".

"Законопроект, предложен вчера “единороссом” Александром Сидякиным (он же был авторов прошлых поправок, взвинтивших штрафы) совместно со своим коллегой Андреем Красовым и “эсером” Игорем Зотовым (надеюсь, избиратели оценят лютую "оппозиционность" его партии к режиму), — пишет Андрей Песоцкий. — Прикрыть их, — кричат депутаты, — один раз, чтобы наверняка!

Прошлые репрессивные нововведение по митингам, принятые в 2012 году, не смогли остудить пыл протестующих. Составляющие протоколы копы и рассматривающие их судьи активно не желают попадать в центр отвратительных скандалов, осуждая, например, безработного пенсионера или молодую мать на штрафы в 100 тысяч за мирный выход на улицу, хотя такие возможности при должном усердии имеются и в нынешней жесткой редакции.

Поправки 2012 года заставили уйти с улиц лишь наиболее осторожных манифестантов из числа тех, кто выходил несанкционированно. Для всех остальных пока что остается много уловок — например, штрафы хотя и увеличились в размере, но подчиняются срокам давности административного кодекса, то есть могут сгореть через год, потерявшись в кабинетах и не дойдя до судебных приставов. В свою очередь, для приставов такие штрафы не являются знаковыми — они больше заняты изъятием крупных задолженностей по кредитам, поэтому такие меры как ограничение выезда из страны для политических применяются редко, не до них. Теперь законодатели подгоняют силовиков — давайте, давайте, не расслабляйтесь, и никаких штрафов в 10 тысяч, как раньше!

Инициатива  предполагает невиданную репрессивную мощь, которой не просто найти аналоги в современной мировой практике. Не очевидно, что поправки будут приняты в этой редакции. Вполне возможно, что Путин в очередной раз сыграет в доброго и рассудительного царя, сбавив обороты. Например, предложит сажать не на пять лет, а на год.

Так или иначе, зачистка продолжается. Власть (рассмотрим этот термин широко, включив в нее не только проклинаемого на каждом углу Путина, но и заинтересованных в сохранении статус-кво сервильных депутатов Госдумы, а также различные олигархические лобби) хочет укрепить  себя, указав холопам на место. Бояре давно и всерьез полагают, что вопросы развития страны должны решаться в кабинете у главы государства или в приемной администрации президента без участия неподконтрольных сил, стучащих кулаками в дверь.

Политические элиты РФ испытывают устойчивый рвотный рефлекс к воле народных масс, к низовым инициативам, к самоорганизации граждан. Это глубокое отвращение, иногда переходящее в страх, нигде официально не сформулировано, но сквозит из всей кремлевской политики. Народ, как в годы крепостничества рассматривается в качестве подданных, задача которых хлопать в ладоши и слушать мудрые распоряжения. Отсюда и сквозит бесконечная паранойя в поиске “спонсоров” и “заказчиков” той или иной протестной акции. Разве может чернь думать самостоятельно? Власть признает за равных и договороспособных только себе подобных — у кого есть капиталы, статус, рычаги влияния.

Впрочем, ненавистная властителями голь на выдумки легка. Прошлые карательные меры не заставили людей уйти с улиц, не заставят и в этот раз. Просто выходить голь будут редко. Но метко. Один раз, чтобы наверняка".

"Ужесточение наказаний за нарушения на митингах не может подавить протестную активность населения, — считает Сергей Ежов. — Причина всех ужесточений законодательства о митингах сейчас — это боязнь революции, которую испытывают недальновидные представители власти, насмотревшись на Украину. На самом деле, сами власти приближают революцию, действия оппозиции — лишь производное от действий власти".

Элемент запугивания может подействовать на короткое время, но в долгосрочной перспективе только создает условия для более радикальных действий. Ужесточения уже были, в результате, однажды меня оштрафовали, я в течение года официально не мог быть организатором публичных мероприятий. Но ничего страшного, организаторами выступали другие".

Дмитрий Разин

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Загрузка...