Читатели, знакомые с моими книгами и статьями, в которых дается резко отрицательная характеристика современным радикальным исламистам, вероятно, удивятся заголовку данной статьи. Но мое отношение к этим исламистам ни на йоту не изменилось. Я просто следую совету Виктора Вольского, который в №2 "Еврейской панорамы" прошлого года писал: "Боксер, выходящий на ринг с завязанными глазами, вряд ли может рассчитывать на победу".

А кто же это выходит на ринг, где идет борьба с исламистами, с завязанными глазами? Вольский тут же указывает на этого недотепу: "В противостоянии с терроризмом Запад парализован своим вопиющим невежеством в отношении ислама".

Уже заголовком своей статьи он предлагает нам разобраться, что такое ислам – "Религия мира или радикальная идеология?" Сам он не сомневается в том, что "истоки исламофашизма следует искать в самой религии ислама".

В № 4 2014 г. "Еврейской Панорамы" в статье "Два джихада" я попытался оспорить взгляд Вольского на этот вопрос. Но сбился на другую, тоже ложно освещаемую Вольским (и не только им) тему: сравнение отношения к иудаизму и евреям в исламе и в христианстве. Неопровержимая система доказательств приводит нас к выводу, что антисемитизм имеет в христианстве гораздо более глубокие корни, чем в исламе. Что касается оценки Вольским самого ислама, площадь газетной статьи позволила тогда коснуться этой темы только вскользь. Здесь я хотел бы вернуться к ней.

Вольский пишет, что ислам с первых его шагов "вступил на путь джихада… За 1400 лет джихада в общем счете около 270 млн. неверных было принесено на алтарь религии мира, Джихад запущенный Мохаммедом, никогда не прекращался".

Каждый, кто хотя бы поверхностно знаком с мировой историей, увидит здесь огромные натяжки. Известно, что еще при жизни Мохаммеда и затем в течение ряда последующих веков арабы осуществили огромные территориальные завоевания. Но ближе к концу Средневековья их сила по ряду причин угасла, и в Новое время они сами стали добычей разных завоевателей. Уже поэтому говорить о "не прекращающемся 1400-летнем джихаде" нелепо.

Но верно ли вообще арабские завоевания Средних веков называть джихадом? Кто только в известное нам историческое время не завоевывал огромные территории. Персы, Александр Македонский, Древний Рим, татаро-монголы, Карл Великий, Российская империя, Наполеон. И в уже совсем близкое к нам время Англия завоевала чуть ли не полмира.

И ни одно из этих завоеваний не квалифицируется как джихад. А, кстати, что означает этот термин? Буквальное его значение на арабском – усилие. Вольский замечает, что в реальности это слово используется в двух значениях. Первое – это "борьба за нравственное совершенствование, то есть за более полное следование Корану. Второе – "священная война против неверных".

Тут надо бы определиться с термином "неверные". В тексте Вольского он встречается множество раз, в значении "последователи другой религии", причем – любой.

О, тогда выходит, что царская Россия, завоевывая при Иване Грозном Казань, а позднее Северный Кавказ и Среднюю Азию, осуществляла джихад? Нет, мусульмане, как и иудеи, в России в той или иной мере притеснялись, но им все же позволялось оставаться при своей вере. И это, значит, еще не джихад.

Для джихада, по Вольскому, вот что еще нужно: "Неверные были объявлены врагами Аллаха. Пророк предлагал им простой выбор: примкнуть к нему или расстаться с жизнью..."

Он также утверждает: "Политический ислам неумолимо уничтожает любую культуру, в которую он вторгается или иммигрирует… История политического ислама начинается с бегства Мохаммеда в Медину, когда акцент был перенесен с проповеди на насильственные методы".

"Неверные", о которых здесь идет речь – это жившие в Мекке курейшиты, соплеменники Мохаммеда, которые были язычниками и категорически отказывались принимать проповедуемое Мохаммедом единобожие. Перебравшись в Медину и набрав уже некое число единомышленников, пророк действительно силой вынудил их принять ислам.

Вольский пытается перенести этот эпизод на всю историю ислама и на его отношения с другими авраамическими религиями.

В упомянутой выше статье "Два джихада" я, опираясь на капитальный труд "История антисемитизма" французского историка еврейского происхождения Льва Полякова, показал, что это не соответствует действительности, и что в Средние века ислам был гораздо более веротерпимой религией, чем христианство.

Ложные взгляды на природу ислама широко распространены в еврейской среде, что находит отражение на страницах "Еврейской панорамы". Так, в №3 газеты этого года живущий в Дании Александр Меламед в статье под заголовком "Террор – не повод для эмиграции" порадовал читателей сообщением, что ислам – это "тоталитаризм с претензией на мировое господство", и эта "идея в течение 1400 лет успешно продвигается".

То же, что и у Вольского, сакральное число 1400, означающее, что все мерзости нынешних радикальных исламистов изначально заложены в исламе.

Вольский в цитированной выше статье сообщал, что золотое правило еврейского мудреца рабби Гилеля "Поступай с другими так, как ты хочешь, чтобы поступали с тобой" "стало этической нормой западной цивилизации" и "присутствует во всех других религиях – во всех, кроме ислама".

И Меламед повторяет ту же мысль, говоря о религии ислама: "В ее рамках убийство неверных не считается греховным деянием, как в буддизме, иудаизме, христианстве, индуизме и даосизме".

Хочется спросить обоих: ребята, вы вчера с Марса прилетели и потому не знаете, где на Земле был Холокост? Или вы думаете, что европейцы хотят, чтобы с ними сделали то, что они сделали с евреями (по завету рабби Гилеля)?

Меламед также сообщает, что в Дании активисты некой исламской организации "открыто призывают мусульман „убивать всех евреев… там, где вы их найдете“, как сказано в Коране". А другие мусульмане, из Ливана, утверждают, что "Коран разрешает убивать неверных вполне систематически, а уж евреев и подавно".

А почему бы Александру Меламеду не попросить этих мусульман: а ну-ка, покажите, пожалуйста, пальчиком, где именно в Коране об этом сказано. Что, страшно? Так попросите соответствующие датские власти попросить их об этом.

Но дело тут не только в страхе. Из всего контекста статьи Меламеда видно, что он и сам не сомневается в том, что Коран весь пронизан подобными указаниями правоверным.

И родилась у меня великая мысль: а давайте, уважаемые читатели, обратимся к первоисточнику, то есть непосредственно к Корану. Он у меня давно стоит на полке, я изредка в него заглядывал, но, как говорят на Руси: "Раз пошла такая пьянка, режь последний огурец!" Я решил проработать Коран капитально, от корки до корки.

Должен сказать, труд этот весьма тягостный. Очень тяжелый язык, бесконечные повторы. Известно, что текст Корана принадлежит лично Аллаху. Он продиктовал его ангелу Джебраилу, а тот уже сообщил его пророку. Но почему-то в тексте (часто даже в одном и том же стихе) прямая речь перемежается с речью от третьего лица.

А теперь, уважаемый читатель, если вы стоите, лучше сядьте, а севши, держитесь за стул покрепче: на всех 540 страницах Корана ни разу не упоминается джихад!

А о чем же в нем говорится? Процентов на 20-25 он занят пересказом сюжетов из Торы. Самый любимый из них у Аллаха – рассказ об аудиенции Моисея с его братом Аароном у фараона, последующем исходе евреев из Египта и утоплении погнавшегося за ними фараонова войска. Этот сюжет в разных вариантах повторяется в Коране раз 20, а то и все 30.

По несколько раз Аллах пересказывает другие сюжеты из Торы. И в Коране не раз можно прочесть такое: "Мы низвели Тору, в которой руководство и свет" (5:48). "И дали мы в наследие людям, которых считали слабыми, востоки и запады земли, которую благословили. Исполнилось благое слово твоего Господа над сынами Исраила за то, что они претерпели" (7:133)."Мы дали сынам Исраила книгу, мудрость и пророчество, и даровали им блага, и превознесли их над мирами" (45:15).

А вот еще лучше: "Вот сказал Муса: „О, народ мой! Вспомните милость Аллаха вам, когда он установил среди вас пророков, и сделал вас царями, и даровал вам то, чего не даровал никому из миров. О, народ мой! Войдите в землю священную, которую Аллах предназначал вам, и не обращайтесь вспять…“" (3: 24-25).

Вдумайтесь: сам Аллах подтверждает, что это Он лично даровал землю Палестины евреям. Да это же документ, который должен фигурировать на всех переговорах с арабами. Документ из их священной книги!

Для Аллаха (и, очевидно, для его пророка) иудеи являются неоспоримыми экспертами в делах божественных. Вот он описывает, как его посланник явился к неким людям и увещевал их "на языке арабском ясном" стать на путь истинный, но они ему не поверили. Аллах по этому поводу говорит: "Разве не явилось для них знамением то, что знают его ученые из сынов Исраила" (26: 195, 197). Подобный сюжет повторяется в (46:9).

С христианством у Аллаха несколько более сложные отношения. Он не отрицает, что имеет некоторое отношение к появлению на свет Иисуса Христа.

В одном месте (19.17-21)Аллах так говорит о деве Марии: "Мы отправили к ней Нашего духа, и принял он пред ней обличие совершенного человека… Он сказал: „Я только посланник Господа твоего, чтобы даровать тебе мальчика чистого“. Она сказала: „Как может быть у меня мальчик? Меня не касался человек, и не была я распутницей“. Он сказал: „Так сказал твой Господь“".

В другом месте (2: 91) оказывается, что Аллах обошелся без посредников: "Мы вдунули в нее от Нашего духа и сделали ее и ее сына знамением для миров".

Из этого очевидно, что Аллах, а, значит, и Коран признают значение христианства и не испытывает к нему вражды, несмотря даже на то, что Аллах в обожествлении Иисуса (Исы) усматривает покушение на единобожие, то есть на Его единовластие над миром.

В Коране много раз повторяется: "Не подобает Аллаху брать себе детей" (19:36). "Аллах не брал Себе никакого сына и не было с Ним никакого божества" (23:93). Аллах обращается к совести самого Иисуса: "О Иса, сын Марьям! Вспомни милость мою к тебе и твоей родительнице, как я подкрепил тебя духом святым… Разве ты сказал людям: „Примите меня и мою мать двумя богами кроме Аллаха?“" (5: 109,116).

На всякий случай Аллах еще замечает: "Мессия, сын Майрам – только посланник, прошли уже до него посланники, а мать его – праведница. Оба они ели пищу" (5:79). Ну, действительно, разве боги едят?

Аллах предупреждает, что кощунственные заявления о многобожии могут привести к вселенской катастрофе: "И говорят они: „Взял себе Милосердный сына“. Вы совершили вещь гнусность. Небеса готовы распасться от этого, и земля разверзнуться, и горы пасть прахом оттого, что они приписали Милосердному сына" (19: 91-93). "Милосердный" – один из псевдонимов Аллаха.

Особенно Аллаха раздражают упоминания о троице (4: 169; 5:77). Что он Иисуса взял к себе, так позднее он и Мохаммеда к себе взял. А что касается Духа святого, так это никакая не отдельная личность – а Он свой собственный дух вдул Марьям. А кто скажет, что его дух не святой?

Аллах или, по крайней мере, его посланник Мохаммед были хорошо знакомы не только с Торой, но и с Евангелиями, в частности, вот с этим сакраментальным местом из сцены казни Иисуса: "И отвечая весь народ сказал: кровь его на нас и на детях наших" (Мат. 27:25).

Аллах (Мохаммед) не согласен с этим и даже осуждает иудеев "за их слова… они не убили его и не распяли, но это только представилось им; и, поистине, те, которые разногласят об этом, - в сомнении о нем; нет у них об этом никакого знания, кроме следования за предположением. Они не убивали его, – наверное, нет, Аллах вознес его к Себе: ведь Аллах велик, мудр!" (4:156).

Без сомнения, Аллах мудрее тех миллиардов христианских антисемитов, которые несколькими словами из Евангелия от Матфея две тысячи лет оправдывают преследования евреев.

Но, как нетрудно видеть, при всех спорах с христианством, Аллах (Мохаммед), как и в иудаизме, в христианстве не видит врага. Христиане и иудеи по одну с ним сторону фронта. По другую сторону – многобожники (язычники). Если в Коране говорится о "неверных" – это речь о них.

Вольский пишет, что Мохаммед "в течение девяти лет каждые семь недель вел своих последователей в бой или на расправу с врагами". Но все эти враги были арабскими братьями Мохаммеда –многобожниками, которых он для их же блага (как он считал) стремился привести к исламу. Вольский признает, что все эти войны не выходили за пределы Аравийского полуострова.

Что не мешает ему написать об этом периоде деятельности пророка: "Ислам вступил на путь джихада". Интересно, а когда христианские государи Европы силой приводили к христианству своих языческих соседей, это тоже был джихад?

Если вы все еще сомневаетесь, каково было отношение Мохаммеда к иудеям и христианам, то вот вам еще из Корана: "Поистине, те, которые уверовали, и те, которые обратились в иудейство, и христиане, и сабии, которые уверовали в Аллаха и в последний день и творили благое, – им их награда у Господа их, нет над ними страха, и не будут они печальны" (2:59). Одной веры мало, надо еще "творить благое".

Слово в слово это повторяется в Коране еще раз немного дальше (5:73).

А вот еще: "Мы уверовали в Аллаха и в то, что ниспослано нам, и что ниспослано Ибрахиму, Исмаилу, Исхаку, Йа’кубу и коленам, и что было даровано Мусе и Йсе… Мы не различаем между кем-либо из них…" (2:130).

Перечислены еврейские пророки Авраам, Исаак, Иаков, Моисей, мусульманский Исмаил, а также Иисус (Йса), и их всех Коран чтит, как своих. А "колена" здесь – это 12 еврейских колен.

И следом: "Разве вы станете препираться с нами из-за Аллаха, когда Он – наш Господь и ваш Господь. Нам – дела, а вам – ваши дела" (2:133).

Еще призыв к веротерпимости: "Не отгоняй тех, которые взывают к Господу их утром и вечером, стремясь к лицу Его! Не на тебе расчет с ними ни в чем, и не на них твой расчет ни в чем, чтобы тебе их прогонять" (6:52).

Совсем просто: "К каждому народу – свой посланник; и когда придет их посланник, то будет между ними решено по справедливости, и они не будут обижены" (10:48).

Еще: "Не дает вам Аллах запрет о тех, которые не сражались с вами из-за религии и не изгоняли вас из ваших жилищ, благодетельствовать им и быть справедливыми к ним – ведь Аллах любит справедливых" (60:8). Речь явно идет о людях другой религии.

Сюжетец посложнее; "И если бы два отряда из верующих сражались, то примирите их. Если же один будет несправедлив против другого, то сражайтесь с тем, который несправедлив, пока он не обратится к велению Аллаха. А если он обратится, то примирите их по справедливости и будьте беспристрастны: ведь Аллах любит беспристрастных! Верующие ведь братья Примирите же обоих ваших братьев и бойтесь Аллаха" (49: 9-10).

В Коране вы не найдете худого слова об иудеях или христианах, если только речь не идет об отступниках от своей веры, от единобожия.

Суров Коран только к многобожникам. Но и их он склонен брать скорее проповедью, чем насилием. Прямых призывов к насилию даже по отношению к многобожникам в Коране практически нет. Вольский одно откопал: "Так рубите же им головы и отрубите все пальцы" (8:12). Это Аллах приказывает уверовавшим в него так поступить с неверными. Не очень понятно, зачем после отрубания головы рубить еще пальцы.

В имеющемся у меня переводе Корана И. Ю. Крачковского это звучит мягче: "Так бейте же их по шеям, бейте их по всем пальцам!"

Я нашел в Коране только еще одно место, где Аллах наставляет своих верных на расправу с не уверовавшими: "А когда вы встретите тех, которые не уверовали, то – удар мечом по шее, а когда произведете великое избиение их, то укрепляйте узы". Не очень ясно, с кем их укреплять.

Больше в Коране призывов к милосердию и справедливости даже по отношению к неверующим. Например: "О вы, которые уверовали! Будьте стойкими пред Аллахом, исповедниками по справедливости. Пусть не навлекает на вас ненависть к людям греха до того, что вы нарушите справедливость. Будьте справедливы, это ближе к богобоязненности…" (5::11).

Но о чем я могу с полной ответственностью заявить, так это о том, что в Коране нет ни единого призыва к преследованию последователей иудаизма или христианства. Напротив, постоянно присутствует не скрываемая зависимость ислама от иудаизма и христианства.

Вольский говорит о том, что "История политического ислама начинается с бегства Мохаммеда в Медину". Что конкретно он понимает под "политизацией ислама"?

Свою статью в "Еврейской панораме" он завершает таким утверждением: "Как велят законы их Пророка и их священная книга Коран, государства, не признающие над собой их власти, являются грешными, и мусульмане не только вправе, но обязаны идти войной на неверных, где бы они не находились…"

Я прошу Вольского пальчиком указать, какое место в Коране можно так истолковать.

В мае этого года на нескольких сайтах была опубликована статья Виктора Вольского "Вперед – в средневековье, или Реформация по-мусульмански", в которой обсуждается вопрос о реформе ислама, прежде всего – необходима ли она вообще или нет.

Он приводит мнение некоего Рэймонда Ибрагима, который считает, что "мусульманская религия уже претерпевает реформацию, на наших глазах откатываясь к кровавым заветам пророка Мохаммеда, проповедовавшего насилие, абсолютную нетерпимость и экстремизм".

И затем Вольский пишет уже от себя: "На самом деле именно исламисты выражают суть своей религии в понимании ее реформаторов. И знаменосцем этой реформации выступает ИГИЛ. Именно этим в немалой степени объясняется его популярность в мире ислама".

А несколько раньше, 24 апреля "The Times" опубликовала статью Бена Макинтайра под заголовком ""Исламское государство" больше обязано Кремлю, чем Корану", в которой автор писал: "Крестный отец "Исламского государства" – это Сталин… Архитекторы ИГ стали ковать новый халифат в точности теми же методами, которые использовал Сталин, создавая свое построенное на страхе государство разведчиков. КГБ, восточногерманская "Штази" и "Мухабарат" Саддама Хусейна – все они являются непосредственными прародителями органов безопасности ИГ.

Автор ссылается на опубликованные несколькими днями ранее в "Der Spiegel" документы недавно убитого в Сирии одного из руководителей ИГ, бывшего полковника службы безопасности Саддама Хусейна.

Нет места останавливаться на деталях. Приведу только заключение автора статьи: "Шпионы, а не религиозные неофиты – вот фундамент, на котором было выстроено "Исламское государство"".

Остается добавить, что нам известно еще одно государство, выстроенное на том же фундаменте. Оба, конечно, держатся не только на шпионаже, но и на полной беззастенчивости, на принципе "все средства хороши", в том числе и религия. Это и называется "гибридная война"...

Не исключено, что эти два монстра схватятся между собой. Можно бы этому порадоваться: авось сожрут друг друга. Но это будет нечто столь страшное, что мало никому не покажется.

Но пока у меня маленькая радость: на страницах "Еврейской панорамы" появился в этом вопросе мой единомышленник Юлий Ригер. В том же №3 газеты этого года, где была опубликована статья Александра Меламеда, Ригер в статье "Ты чьих будешь?" писал, что священную войну (что и есть "джихад") изобрели не мусульмане, а христиане еще до появления ислама.

А это его мнение об исламе: "В действительности же тот, кто рассматривает ислам как источник насилия, заблуждается: Коран категорически отвергает насилие, призывая на путь Аллаха мудрыми и добрыми наставлениями".

Следует особо отметить: в оценке нынешнего радикально ислама автор этих строк, Ригер, Вольский и Меламед единодушны. Но очень важно знать, откуда у ислама ноги растут.

Политизация ислама – дело рук не пророка Мохаммеда, а нынешних исламистов. При правильном использовании это знание позволяет превратить Коран в орудие против радикальных исламистов.

г. Нюрнберг

Израиль Зайдман