В связи с тем, что певица Джамала готовится выступить на фестивале, посвященном памяти Степана Бандеры, а в Киеве решают, не переименовать ли в честь этого деятеля Московский проспект, в российском медиапространстве запущен очередной бандер-бум. К личности Бандеры можно относиться по-разному, а вот к тому, какими мифами эта личность обросла в советской и постсоветской России, пожалуй, только, с иронией.

Для миллионов россиян, которым лень открыть Википедию, Степан Бандера был и остается "гитлеровским пособником", — это один из ключевых постулатов российской украинофобии. Бандера был националистом, одним из лидеров украинского национализма (и с этим никто не спорит), но как раз именно поэтому он не был и не мог быть приспешником немецкого нацизма. Всем любителям порассуждать о бандеровцах в тоне Дмитрия Киселева нужно отвечать просто и прямо: Бандера был не пособником Гитлера, а узником немецкого концлагеря. Немцы арестовали Степана Бандеру на пятый день после захвата Львова из-за провозглашения его "Акта о возрождении Украинской державы" и содержали до 1944 года в концлагере Заксенхаузен, из которого он был освобожден лишь тогда, когда, проигрывая в войне, Германия начала собирать все оставшиеся силы и выказала готовность пойти на союз с бандеровцами. До этого Рейх работал только с политическим соперником Бандеры — Андреем Мельником, которого, впрочем, тоже в итоге пришлось отправить в специальный благоустроенный барак Заксенхаузена. Освобожденный из концлагеря под специальную подписку Бандера поставил условием признание Украины независимой, которое было отвергнуто Берлином: сотрудничества в итоге так и не состоялось.

Еще один штрих — Волынская трагедия 1943 года, когда украинские повстанцы массово вырезали гражданское польское население. В этом эпизоде лично Бандера не принимал ни малейшего участия, а саму резню, кстати, резко осудил руководитель УПА Роман Шухевич на III съезде ОУН в 1943 году, чему сохранились документальные подтверждения (см., например, M. Прокоп, Напередодні незалежної України. Спостереження і висновки, Нью-Йорк-Париж-Сідней-Торонто-Львів, 1993). Необходимо понимать, что антипольский террор возник не на пустом месте, а как следствие польских репрессий, уходящих корнями к не менее жестоким казацким восстаниям, что, разумеется, не умаляет всего ужаса тех событий и никого нисколько не обеляет. Сейчас, когда поляки и украинцы пришли к братскому миру, прокремлёвским СМИ и "великорусским" историкам, разумеется, не терпится развязать самую грязную игру вокруг Волынской трагедии. В Москве не перестают твердить об этом эпизоде при каждом удобном случае. Но как бы все эти возводящие очи горе-люди обрадовались, если бы такая трагедия повторилась, если бы снова удалось вбить клин между поляками и украинцами на радость "Третьему Риму". Волынская трагедия обросла многочисленными идеологическими спекуляциями, а российские историки и политики, которые не транслируют раскаяния за Катынскую трагедию или даже вовсе не признают ответственность Москвы за неё, разумеется, вообще не имеют никакого права говорить о Волынской резне. За последние двадцать лет поляки и украинцы сделали многое, чтобы выяснить правду о тех событиях, — не меньше сделали и российские официальные спикеры для того, чтобы цинично использовать этот исторический эпизод в своих интересах.

Попытки выставить фашистом Бандеру, личность которого с победой Майдана стала уже даже не символом украинских правых, а символом непокоренной, "чужой" Украины, в российском информационном пространстве порой приобретают комические черты. Среди бурного сетевого потока про бандеровцев попадается, к примеру, фотография генерал-майора Вермахта Рейнхарда Гелена, которую борцы с Майданом упорно выдают за фотографию Степана Бандеры, "доказывающую", что Бандера таки был фашистом, и даже запечатлён с "немецким крестом". Помраченность сознания среди антиукраински настроенных россиян достигает такой степени, что мало кого смущает отсутствие внешней схожести у герра Гелена и пана Бандеры, а пользоваться Гуглом, как и Википедией, где тоже про Гелена есть целая статья, защитники "русского мира" считают лишним, а некоторые из них и вовсе считают "все эти интернет-платформы" виртуальными директориями Госдепа. Кто сказал, что постмодернизм — дело интеллектуалов? В Советской России всё искусство принадлежит народу, и постмодерн с его "смертью субъекта" тоже. Благодаря сетевому мифотворчеству личность украинского исторического деятеля в значительной степени расширила свои масштабы, отслоилась от себя самой и породила немало фейков и симулякров: теперь мы "знаем", что Степан Бандера до войны был одесским аферистом Остапом Бендером, во время войны командовал Абвером на Востоке, а после войны возглавлял западногерманскую службу BND. Возможно, после смерти герой украинских националистов вселился — ну, например, в Тимошенко или в Савченко: Московский Патриархат, доставай мироточивые иконы, изгони беса. Впрочем, говоря серьёзно, "бесовщины" в бандериане действительно хватает, и тоже с российской стороны: в январе прошлого года канал ТВЦ на голубом глазу уверял зрителей, что украинские учёные считают Бандеру воплощением Иисуса Христа.

Еще в мае 2014 года произошла одна занятная история, не получившая огласки из-за своей незначительности на фоне исторических событий. Тогда в Мариуполе "пророссийские активисты" избили парня за футболку с портретом Сергея Есенина, приняв оный за изображение Степана Бандеры. В этом случае интересно то, что на обладателя футболки с его портретом напали по сути дела лирические герои самого поэта — многократно воспетые им "бесшабашные русские люди". Вообще, у Есенина и Бандеры при всей разнице их личностей и судеб есть нечто общее — оба они были романтиками. Причем Есенин любил среди прочего романтизировать как раз то самое российское быдло, которое, окончательно очистившись от человеческих черт во время советского отрицательного отбора, в новейшее время стало настоящим политическим субъектом, электоратом и источником легитимности режима. В стихотворении "Снова пьют здесь, дерутся и плачут" Есенин, к примеру, с любовью описывал веселящихся посреди самогонной реки великороссов, которым про Волгу и про ЧК поёт песни гармонист с провалившимся носом. Скорее всего, вылечить спиртом сифилис ему не удалось, об этом ничего в стихе не говорится, а заканчивается текст восторгом по отношению к персонажам: "Нет! таких не подмять, не рассеять. Бесшабашность им гнилью дана". Парень, надевший футболку с портретом Есенина, сам встретился с бесшабашно гнилыми героями, он, можно сказать, встретился с русской литературой нос к носу. Угоревшие в "чаду кутежа" герои Есенина, которые делают из самого Есенина симулякр Бандеры, оттесняя аполитичного почитателя поэзии в стан "бандеровцев" и "майдаунов" — это абсурдный, беспощадный голос бытия, исторический перформанс, торжество "русского мира" и "самогонного спирта реки". Не удивлюсь, если в особенно "заповедных" и проспиртованных местах "русского мира" кого-нибудь изобьют за футболку с портретом Пушкина, признав в нем смуглого и курчавого Барака Обаму.

Нестор Пилявский