Пока Путин 15 июня кривлялся перед своими подданными на очередной "прямой линии", в тот же день в греческом городе Салоники состоялся греко-израильско-кипрский саммит. На нем присутствовали президент Кипра Никос Анастасиадис и премьер-министры Греции и Израиля Алексис Ципрас и Биньямин Нетаньяху.

Саммит, который явился уже третьим по счету, примечателен как минимум с двух точек зрения. Учитывая одинаково хорошие отношения Кипра как с Израилем, так и с Палестинским государством, Анастасиадис вновь выразил готовность выступать посредником в восстановлении палестино-израильского диалога на высшем уровне при участии Евросоюза.

Посреднические усилия Кипра приветствуются Брюсселем, который намерен активизировать свою роль в ближневосточном урегулировании, о чем уже было сделано заявление со стороны комиссара ЕС по внешней политике Ф. Могерини. Она особо подчеркнула роль Кипра в организации возможной встречи Нетаньяху и Аббаса в Брюсселе на полях саммитов Евросоюза.

Второй аспект "Средиземноморской встречи" в Салониках, как представляется, не менее интересен, прежде всего для Путина и его кормушки "Газпрома", который активизировался в последнее время на европейских рынках, где не встречает серьезной конкуренции и даже увеличил свою долю в совокупном импорте газа странами Евросоюза.

По сообщениям израильских и кипрских СМИ, интенсивные переговоры в Салониках были сфокусированы на расширении сотрудничества в разработке и эксплуатации крупных газовых месторождений в восточном Средиземноморье, пролегающих от берегов Израиля до Кипра и перспективах транспортировки углеводородного сырья в Европу.

Израильский премьер, в частности, объявил о стремлении его страны стать важнейшим поставщиком природного газа в Европу. Этому будет способствовать реализация проекта Средиземноморского газопровода EstMed, который пройдет по дну моря от месторождений Израиля до Кипра и далее в Грецию и Италию. Нетаньяху назвал этот проект революционным и возможным конкурентом российскому поставщику.

Для справки: мощность газопровода EstMed на первом этапе должна составить 10 млрд кубометров газа в год; длина — 1900 км; глубина — до 3 км; оценочная стоимость — 6,2 млрд евро. Считается самым протяженным и глубоководным морским проектом.

Необходимо отметить, что как Кипр, так и Израиль за последние годы серьезно продвинулись в плане геологических исследований месторождений газа, выявления и подтверждения запасов, находящихся в пределах экономических зон этих стран.

Еще в 2013 году Тель-Авив объявил о том, что доказанные резервы природного газа позволяют выделить до 40% его объема на цели экспорта. Американская компания из Хьюстона Noble Enegy разрабатывает два основных израильских газовых месторождения: "Левиафан" запасом в 21 трлн куб. футов (около 600 млрд. куб. м) и "Тамар" — 10 трлн куб. футов (280 млрд. куб. м). Noble Enegy также была привлечена правительством Кипра для исследований его шельфа, где было обнаружено месторождение газа запасами в 4,54 трлн куб. футов (130 млрд куб. м), получившее название "Афродита".

Хочется напомнить о том, что, несмотря на некоторый скептицизм со стороны отдельных экспертов, за последнее время заинтересованные средиземноморские страны продвинулись вперед по пути определения перспектив EastMed. Так, 3 апреля 2017 года министры энергетики Кипра, Греции, Израиля и Италии в присутствии комиссара ЕС по окружающей среде и энергетике провели встречу в Тель Авиве. Было подписано предварительное соглашение по продвижению проекта EstMed, который свяжет эти четыре страны. Министры договорились, что окончательное соглашение будет заключено главами государств в течение 2017 года.

Участники саммита в Салониках подтвердили намерение по практической реализации подписанного министрами энергетики соглашения. При этом обращает на себя внимание прежде всего позиция "возмутителя европейского спокойствия" — греческого премьера А. Ципраса, который неоднократно заявлял о готовности участвовать в таком формате.

Примечательно то, что новоявленный "друг" Кремля Ципрас, обещая Путину содействие в продвижении его экспортных газовых проектов, в частности "Турецкого потока", при этом параллельно пытается выгадать и от других конкурирующих проектов, таких как TANAP и TAP — газопроводов по выводу азербайджанского газа в Южную Европу через Турцию. Так, правительство Ципраса выражало желание получить акции в консорциуме, занимающимся прокладкой TAP через Грецию, Албанию и юг Италии.

Как видим, греки не теряют зря времени и продвигаются как к Каспийским, так и теперь к средиземноморским газовым проектам, которые, безусловно, нервируют Путина и его подручных в "Газпроме" и в перспективе будут работать на уменьшение зависимости Европы от российского газа и укорачивание "газовой дубинки" Путина. Конечно, при желании бюрократов в Брюсселе, который, к сожалению, упустил время в вопросе гарантированности поставок газа из нероссийских источников. При этом не вызывает сомнений тот факт, что Путин будет делать все, чтобы этих источников было как можно меньше.

Когда наконец-то в Кремле поймут, что для Кипра и Греции Европа намного ближе, чем Россия? И вряд ли они будут жертвовать своими европейским связями ради авантюристических планов Путина "наказать" Запад. Самое печальное для Кремля состоит в том, что там все еще рассматривают Грецию и Кипр как дружественные государства.

Таким образом, несмотря на стремление Путина сохранить монопольное положение на газовых рынках Европы при помощи оппортунистов и лоббистов среди европейских политических деятелей и деловых людей, тем не менее другие страны, обладающие серьезными запасами газа, рассматривают Европу как перспективное направление своего экспорта. Реализация многочисленных намечаемых и уже строящихся газопроводов, включая Средиземноморский газопровод, неминуемо приведет в будущем к тому, что "Газпрому" все же придется немного подвинуться на газовых рынках Европы. И тогда, будем надеяться, на надоевших "прямых линиях-разводах" у Путина (если они сохранятся) спеси поубавится.

Кямран Агаев