До выборов в Бундестаг осталась неделя. Прошли дебаты двух важнейших претендентов на пост Бундесканцлера, минули последние съезды партий, внесены решающие коррективы в предвыборные программы. Последняя неделя — время неподвластное уже политикам и пропаганде: мнение избирателей состоялось. Те, кто сегодня еще не знает, пойдет ли в воскресенье голосовать и, если — да, то за кого, для пропаганды уже недосягаемы. Если их не додавил пресс предвыборной агитации, плакаты на всех столбах и заборах, шариковые ручки и блокноты с именами партий и местных кандидатов в почтовых ящиках — их не добьет уже ничего. Последняя неделя — неделя инерции огромной машины пропаганды, запущенной полгода назад и сбросившей вчера обороты. Последняя неделя — "момент импульса" политической массы восьмидесятишестимиллионной страны в центре Европы.

Я остановлюсь сегодня на нескольких чертах, подмеченных мною в ходе предвыборной кампании.

Пропаганда, как оказалось, — средство самодостаточное, т.е. такое, что, будучи однажды запущенным, само заботится о "пропитании". Официальная немецкая машина информации упорно обходит любые негативные упоминания о России, ее агрессивной внешней политике и угрозе единству ЕС. Война России против Украины все еще называется "конфликтом", "внутриукраинской проблемой", Путин "вероятно", "возможно", "по мнению некоторых экспертов" имеет "ограниченное" влияние на "сепаратистов", "которое он, решительно отрицает". Такая позиция не только оставляет широкий горизонт немецким фирмам (Siemens, Daimler, BASF etc.) для экономической поддержки Кремлевского режима, но и полностью отвечает немецким национальным добродетелям — антиамериканизму и пацифизму. Из этой позиции вытекает практически всенародное "Нет!" необходимости увеличения военного бюджета, усиления и модернизации Бундесвера, создания Европейской армии в дополнение НАТО. В то же время, внимание обывателя с поразительной настойчивостью переводят на две примитивно-сочиненные "опасности": Трамп и Эрдоган. Эти два политика не сходят с новостных порталов — читатель, зритель, посетитель интернета — ни один бюргер не имеет шанса проснуться, прожить день и уснуть, не услышав эти два имени по крайней мере три дюжины раз. Я признаю, что оба — не ботаники и не вегетарианцы в политике; оба — хоть и каждый по-своему — представляют известный риск развитию демократии. Но ни один, ни второй еще не начали ни одной войны, — тем более войны в центре Европы; ни один, ни другой не вмешиваются в немецкие дела; ни один, ни другой не ведут полномасштабной антиевропейской и антигерманской пропаганды в Германии; ни о "турецкой", ни об "американской" мафии здесь нет и помину; нет здесь ни школ, ни клубов боевых единоборств под руководством отставников турецких или американских силовых ведомств; ни у Турции, ни у США нет своих собственных шредеро-платцеко-габриэлей, отстаивающих интересы этих стран в ущерб интересам собственной; ни США, ни Турция не наводнили Германию своими шпионами под видом "беженцев", "дезертиров", "спортсменов" и "бизнесменов". Ничего этого, как и много другого, нет и в помине ни в Германии, ни в Европе. Но Трамп и Эрдоган как были назначены главными врагами демократии, так и продолжают ими работать в германских массмедиа. Вот и во время "дебатов" Меркель и Шульц N+1 раз упомянули имена незадачливых американца и турка, и лишь однажды, в самом конце, Шульц вспомнил о Путине, да и то вскользь, в "праздничном наборе" с Эрдоганом.

Всю силу и мощь пропаганды, ее разлагающее влияние на Отто Среднестатистического, показали последовавшие после дебатов оценки зрителей, экспертов, блогеров. Все, как один, критиковали Меркель и Шульца, все, как один, остались недовольны дебатами, все, как один, выдвигали одни и те же претензии: мало было сказано об экологии, мало о хомобраках, мало о "дигитализации". Вот три проблемы, которые волнуют немецкий социум. Вот три проблемы, которые, по мнению этого социума, должны занимать ум будущего Бундесканцлера. Вот три проблемы, на решение которых должна быть направлена энергия одного из флагманов мировой экономики, страны, являющейся первой и главной целью кремлевских стратегов. Случайно ли?

Если "экология" и "хомобраки" — темы хронические, вызывающие, в следствие постоянного употребления, слабую рефлексию социума — между зевотой и изжогой, — то "дигитализация" оказалась истинной находкой для политиков. Во-первых, потому что модно; во-вторых, потому что волнует исключительно молодежь; в-третьих, потому что оставляет огромный простор для интерпретаций, спекуляций и толкований при вполне просчитываемых затратах: на сегодня лишь Южная Корея и Сингапур имеют более широкие и скоростные электронные сети, чем Германия. И вот уже на следующий после дебатов день, подвижный и гибкий Шульц провозгласил задачей №1 своего будущего канцлерства полный охват территории Германии волокно-оптическими кабелями. Через два дня после Шульца, фрау Бундесканцлерин, как и подобает властному политику, уверила, что ни о чем другом никогда и не думала, как о полной и окончательной "дигитализации" всей страны. Потенциал молодых избирателей и, главное — блогеров с их значительным влиянием на умы и симпатии блогосферы, мгновенно оценили все без исключения партии. Трогательно было наблюдать, как все "важные", "важнейшие", "первостепенные" и "еще более важные" проблемы, уходят в тень "дигитализации" в речах политиков "желтых", "зеленых", "левых" и "альтернативных". Коллегам последних — откровенным нацистам из NPD, равно как и коммунистам[1], марксистам-ленинистам[2] и пр., слова в телевизоре не дают, но, уверена, и они не отказали себе в удовольствии напомнить тем, у кого хватает ума их слушать, что фрау Бундесканцлерин вот уже 12 лет руководит страной и может с полным правом отстаивать свою долю в том, что Германия докатилась до "позорного" 3-го места в мире по охвату населения интернетом, и что если к власти придут они, то обеспечат страну не просто самым быстрым интернетом, но еще и самым национальным (или самым пролетарским — в зависимости от того, какие именно фашисты придут к власти).

Но вернемся еще раз к России и пропаганде. К чему привела дрессировка социума пропагандой, видно из примера Свободных Демократов (FDP). FDP была единственной партией на двух предыдущих выборах в Бундестаг, в программе которой был пункт о европейских перспективах Украины. Либералы — единственные без оговорок и предварительных условий поддерживали движение Украины в Европу при Ющенко. Приход к власти Януковича не изменил их позиции. Пункт о том, что Украина должна быть членом ЕС находится и сегодня в Программе партии. Но... Либералы не прошли в предыдущий Бундестаг. Либералы не представлены сегодня в шести из шестнадцати Ландтагов. Партия в буквальном смысле "встает с колен" после ряда тяжелых нокаутов. И вот председатель ее, молодой и харизматичный Кристиан Линднер вдруг заявляет о том, что вопрос принадлежности Крыма должен быть заморожен. На время. А пока "с Россией нужно вести диалог", "искать пути решения проблем", "не разрывать экономические связи", которые, разумеется! — в интересах "обоих наших народов". Подобные заявления председатели партий делают не с кондачка. Перед тем, как объявить о предательстве многолетней линии партии, они взвешивают все "за" и "против", просчитывают риски, оценивают опасность. И то, что свободный демократ Линднер решил подыграть пророссийскому настрою среднестатистического обывателя, говорит само за себя. Риск вторично не войти в Бундестаг партия себе позволить не может, поэтому любое заявление ее лидера — это в полном смысле слова вопрос политического будущего всей партии. Следовательно, в заявлении о Крыме скрыта надежда на дополнительные голоса избирателей, а из этой надежды можно делать выводы о настроениях или, если угодно, информированности, немцев.

Последние недели и репортажи с партсъездов принесли нечто новое, а именно целенаправленную консолидацию всех демократических партий против "альтернативных" нациков. Вчера, например, на "малом" партсъезде сопредседатель "зеленых" Джем Ёдземир, заявил об опасности вхождения в Бундестаг нацистов впервые после Второй мировой войны. Если раньше мишенью, объединяющей все демократические партии, были "левые", то сегодня их успешно вытеснили "альтернацисты". Впрочем, это как раз тот случай, когда один корнеплод не слаще другого. Обе партии, пусть и с разных позиций политического спектра, борются против демократии, свободы и европейских ценностей, обе прикормлены Кремлем, обе пользуются непропорционально высокой поддержкой "русской" диаспоры. И, если к "левым" "русских" немцев и евреев тянет ностальгическая тяга по "сильной руке пролетариата" и вековечное стремление "поделить по справедливости" все то, что не ими наработано, то симпатии к "альтернативе" иначе, как глупостью, не объяснить. Ведь "альтернативщики" не имеют, кроме обещаний наскоро избавиться от мигрантов, никаких иных "идей" за партийной душонкой. А это значит, что — в случае гипотетического прихода к власти — после "зачистки" Германии от мусульман, "альтернативщина" начнет совершенно естественным образом вертеть головой в поисках следующих претендентов на выселение. И тут-то на сцену выйдут "русские" немцы и евреи — мигранты следующего, второго, так сказать, уровня. Евреям, как всегда, "повезет" больше — их спровадят первыми, но придет черед и "немцев", которые окажутся недостаточно "арийскими" и "немецкими", а попросту — чрезмерно прожорливыми в погоне за социалом, пенсиями и льготами.

Любителям всевозможных сказочных "альтернатив" следует помнить: для того, чтобы обеспечить надлежащий жизненный уровень, нужны идеи, нужны модели, нужно предвидение. Сокращением населения достичь благосостояния и высоких пенсий для оставшихся невозможно. Сталин пытался, Путин продолжает, а "результат" этих экспериментов почему-то драпает в Германию. И, удачно добежав до социала, едва отъевшись, принимается заводить здесь российскую моду на "этническую чистоту" и "справедливость"... Неужели они не испытывают логического дискомфорта? Впрочем, чтобы понять конфликт, требуется определенный уровень развития, а люди, достигшие этого уровня, никогда не станут любезничать ни с "левыми", ни с "альтернативными".

Главная "альтернативщица" размечталась до того, что партия ее займет второе место или, в качестве третьей силы, возглавит будущую оппозицию (что, по законам Германии, дает огромные преимущества в Бундестаге). В детстве, в Одессе, такие мечты мы называли "Утро идиота". Станут ли они реальностью, зависит от избирателей. В воскресенье, в 20:00 все мы станем умнее, все станем провидцами, все окажемся правыми. Подождем еще немного...

 

[1] Deutsche Kommunistische Partei (DKP) и Kommunistische Partei Deutschlands (KPD)

[2] Marxistisch-Leninistische Partei Deutschlands (MLPD)

Ирина Бирна