Общество, которое плохо относится к животным, всегда будет нищим и преступным.
Лев Толстой

Прошло уже две недели, как зоозащитники Вера Павлова и Юрий Корецких (Юрий Есман) объявили голодовку прямо у здания Государственной думы России, требуя принять многострадальный закон об ответственности за жестокое обращение с животными, который никак не могут принять вот уже 17 лет. 17 ноября Вера при попытке встать потеряла сознание, ее увезла "Скорая". Сегодня на своей странице в фейсбуке Юрий написал:

"Сегодня тяжёлая погода. С ночи и до сих пор льет дождь.

Ладно я, залезу в спальник, накроюсь брезентом и сплю. А вот четверо действительно самоотверженных ребят, среди которых две девушки Валентина и Анастасия Свидчевы, дежурят и не спят всю ночь. Никто на смену не пришел, и эти промокшие и замёрзшие люди все ещё находятся здесь. Преклоняюсь перед ними.

Сегодня заметил, что мое состояние ухудшилось. Слабею.

Без Веры грустно".

Во всех цивилизованных и даже не очень странах есть закон об ответственном отношении к животным. Я своими глазами вижу, как трепетно относятся к братьям нашим меньшим в Германии. Как-то случилось мне всего лишь прикрикнуть на двух моих собак во время прогулки — честно говоря, было за что — так мне тут же сделали замечание. Ну, а за издевательство или тем более убийство животного схлопочете реальный срок, можете не сомневаться.

Но даже в подавляющем большинстве менее благополучных стран такой закон есть и худо-бедно действует. Видимо, это объясняется тем, что вопрос этот не затрагивает ничьих интересов, и в обществе, как правило, по этому поводу имеется консенсус: братья наши меньшие должны быть под защитой.

Совсем недавно даже в Украине был принят какой-никакой закон об ответственном обращении с животными. Тоже многострадальный закон, и так же принят под давлением зоозащитников. На практике он применяется со скрежетом — волонтеры жалуются, что почти по каждому случаю живодерства приходится устраивать акции и пикеты, чтобы заставить правоохранительные органы реагировать. Но закон все-таки принят и, можно надеяться, под давлением зоозащитников и общественности со временем он войдет в правоприменительную практику Украины. Почему же в России народные избранники упорно сопротивляются принятию такого закона, как будто речь идет о какой-нибудь антипутинской инициативе или, не дай бог, лишении их депутатских привилегий?! Неужели их сытому благополучию может быть нанесен хоть малейший урон, если живодерам придется отвечать за свое живодерство?

Конечно, без коррупционной составляющей тут наверняка не обходится — в путинской России, наверное, не осталось уже никаких областей, даже самых на первый взгляд нейтральных, не разъеденных ржавчиной коррупции. На отлов бездомных животных, содержание их в приютах выделяются немалые средства, и иди проверь, насколько целевым образом они расходуются. Сеть, особенно социальные сети, полны материалов на эту тему. Но, думается, основная причина, почему Дума уже столько лет и не подумает принять зоозащитный закон, состоит в другом.

Эта причина — в нечеловеческой, живодерской сути самого государства Российского. И за годы советской власти, и теперь, в путинский период, когда расчеловечивание общества идет невиданными темпами, трудно ожидать какого-либо милосердия. Нет милосердия к людям — тем более его нет и к животным. Москва слезам не верит? — Все государство, вся империя Российская слезам не верит!

Советская власть за 70 лет своего существования истребила несколько десятков миллионов собственных граждан. Ладно бы после распада советской империи власти "новой России" хоть как-то переосмыслили трагическое прошлое, извлекли хоть какие-то уроки. Вместо этого — заботливо культивируемая ностальгия по этому прошлому, в лучшем случае называемое "сложным", а все чаще — "героическим", и насаждение элементов этого прошлого в настоящее. И, как и прежде, — бесчеловечное, немилосердное отношение как к собственным гражданам, так и ко всем соседям, бывшим подданным империи, по периметру. А теперь уже не только по периметру (Сирия). Откуда в среде с таким историческим опытом может зародиться милосердие к кому бы то ни было?

Разумеется, депутаты не формулируют для себя такой постулат осознанно: мы не принимаем закон об ответственном отношении к животным, потому что мы против милосердия к ним. Они просто не понимают, почему к ним вообще пристали с этим законом, а тем более, почему кто-то из-за этого устраивает голодовку. Им не приходит в голову мыслить в этом направлении. Они ощущают на уровне подсознания, что этот закон принимать не надо. Возможно, расчеловечивание народных избранников дошло уже до той стадии, когда они перестали понимать, что такое милосердие вообще. Да и к кому милосердие? — Это же всего лишь животные!

Государство Российское относится к своим гражданам как живодер. Так исторически сложилось. Если хотите, это и есть та самая национальная идея, которую столько лет ищет Путин. Нет в стране традиции милосердия — есть традиция живодерства. Милосердие к слабым и беззащитным, милость к падшим? — это в принципе идет вразрез с негласной (а зачастую вполне уже гласной, а то и подчеркнуто громогласной в зомбоящике) доктриной Путина, который, как известно, не любит "слабаков". Такой режим всегда будет подспудно сопротивляться принятию любых законов в направлении смягчения нравов, даже если эти законы никак не затрагивают его непосредственных интересов. В смягчении нравов, в милосердии путинский режим чувствует угрозу самому своему существованию — и не безосновательно. Поэтому государство в любом случае будет не защищать общество от живодеров любого толка, а покрывать самих живодеров. И депутаты, государственные живодеры, будут покрывать живодеров мелких.

Что касается самого общества, то часто приходится слышать упреки в адрес зооактивистов: в России ли, где и людям живется несладко, защищать животных? Лучше бы, мол, занялись защитой людей. Просто удивительно, что иные не понимают, насколько это взаимосвязанные вещи. Что трудно ожидать от живодера, замучившего кошку или собаку, человечного отношения к людям. И что ожидать от государства заботы о своих гражданах (его, кстати, прямой обязанности), когда оно, это государство, уже 17 лет не "спроможется" принять такую малость, как закон об ответственном отношении к животным — тем более не приходится.

В общем, см. эпиграф.

Лев Толстой, более 100 лет как сказано, а актуально и сегодня.

И еще цитата.

"Государство расположилось в России, как оккупационная армия". Александр Иванович Герцен.

Сказано еще раньше, и тоже актуально по-прежнему.

Мир идет вперед, а в России ничего не меняется.

Вадим Зайдман