Малое обледенение, объявленное МОК сборной России, сотрясло российский политический дискурс. Но ровно до тех пор, пока не прозвучал монарший комментарий, прямо скажем, предсказывавшийся с большой натяжкой. Ведь, начиная с крымского вызова мироустройству, Путина отличала ослиная неуступчивость во внешнеполитической повестке и вера в непогрешимость своей персоны.

Так что отказ ВВП от бойкота зимней Олимпиады (вопрос, казавшийся решенным), может восприниматься как тычок своему детищу — гибридократии — под дых. Куда ни смотри, "рождественский подарок" МОК Кремлю — критического свойства; более масштабного поражения путинизму пока еще никто не наносил.

В чем причина подобного хладнокровия? Фактор совпадений, когда номинация на новый срок с черным лебедем МОК не стыковались? Синдром 84-го, Путину, некогда спортсмену-профессионалу, хорошо известный (шизофренический бойкот Москвой Олимпиады в Лос-Анджелесе, травмировавший духовный мир совка. Одна из микропричин, в своей совокупности аукнувшихся перестройкой)? Мятеж советников или "двора", остающийся до поры до времени незамеченным? Или, может, усыпляющая уступка инициативы, дабы отыграться в другом сегменте глобального противостояния?

В той или иной степени нечто из упомянутого могло повлиять на кремлевское добро российским олимпийцам. Как и справедливы ремарки ряда комментаторов о том, что МОК, фактически, парализовал опцию бойкота Олимпиады, или соображения о надобности погасить конфликт, вываливающий все нутро путинской гибридократии (на что еще Родченков отважится — кто знает?) Но соображения такого рода, думается, лишь фон, который поспособствовал выработке Путиным столь неоднозначного с позиций его реноме решения.

Ибо первая ассоциация, которая может возникнуть по следам обсуждаемого события, это растерянность, если не шок ВВП на сбитый турками российский СУ-24 в 2015 г., в свое время казалось, чреватый перерасти в термоядерную катастрофу, но, по факту, разразившийся войной помидорной войной. В том же ряду — разгром сирийской авиабазы, учиненный американским ВМС и смиренно проглоченный Кремлем.

Оплеуха МОК Кремлю — событие такого же международного калибра, когда дипломаты, исчерпав красноречие, уступили право голоса канонирам — и не отдельным, а всему роду войск. Когда "или — или", вы нас или мы вас: режим, возведший цинизм и дерзость в высшие ценности — от внешней политики до спорта, или мы, играющие по более-менее понятным правилам.

Оказалось, все работает — подними лишь забрало и презрей сопутствующий ущерб. Тогда героика в духе "взять на слабо" путинистов плавно перетекает в хорошую мину при неважнецкой игре, а того гляди и в капитуляцию.

Таким образом, текущая конфигурация мира мало-помалу обнажает у гибридократии скорее склонность к шулерскому повышению ставок, нежели способность держать удар. Так что "На миру и смерть красна", коей ВВП шокировал посткрымское экспертное сообщество, похоже, не претендовала более чем на красное словцо.

Дело здесь не в реализме или некотором отрезвлении Путина сотоварищи, а в том, что небесталанный политический жонглер выбрал потенциал системного политического гоп-стопа, более как на него самого страха не нагоняющего. Так что его пресловутая недоговороспособность — не то чтобы миф, скорее, сезонного свойства, поры года, которая, весьма похоже, позади.

Не столько грядут другие времена, сколько ужесточатся практики взаимодействия с путинской Россией, Мальчиша-Плохиша мирового порядка вещей.

Хаим Калин