Я пишу этот текст в декабре 2017-го. В эти дни курс биткоина к доллару США творит чудеса, и эти чудеса поднимают волну интереса и к самим криптовалютам, и к технологии блокчейн, на которой эти криптовалюты работают. На этой волне я понял, что пора высказывать вслух идею, тихо живущую у меня в голове более десяти лет (иногда прорываясь в частных разговорах). Для реализации этой идеи теперь есть все условия. Их нужно три: 1. у каждого желающего жителя Земли может быть в кармане смартфон, а на этом смартфоне может быть установлено приложение, обслуживающее при помощи 2. Интернета и 3. блокчейна распределённую базу данных.

Интернет и блокчейн — на этих столпах стоит биткоин, и успех его позволяет мне не тратить время на доказательство банальности. Деньги в XXI веке могут жить в виде электронной базы данных, никак не связанной ни с государством, ни с традиционной валютой. Это уже факт, теперь пора делать следующий шаг. Он будет в изменении базовых свойств денег.

Со времён, когда деньги были золотыми кружочками, они обслуживали отношения между людьми в сфере движения товаров и услуг, т.е. служили протоколом взаимодействия. Каждый, кто имел дело с деньгами, согласится, что у них есть два неприятных свойства: это дефицитность (конечность их количества в вашем кошельке) и трудоёмкость их добычи. С этой точки зрения биткоин и другие криптовалюты — это те же деньги. В идеологию биткоина заложено ограничение максимального количества биткоинов в обращении, так что лишившись поддержки государства-эмитента, деньгами биткоин быть не перестал. Дефицитность денег естественна, но только пока она присуща товарам и услугам, оборот которых эти деньги обслуживают. Но базовые свойства товаров — дефицитность и трудоёмкость — сейчас уже изменились. Деньгам тоже пора менять базовые свойства.

Для движения изменившихся товаров нужен новый протокол. Это будут не криптовалюты.

Продукты интеллектуального труда с появлением Интернета первыми избавились от дефицитности. Трудоёмкость воспроизведения их копий стремится к нулю вместе с удешевлением носителей (флэшек) и интернет-трафика. Бессмысленная и беспощадная борьба с пиратством в Интернете чудесно иллюстрирует тезис, что тут нужен другой протокол: никто не хочет платить дефицитные деньги за легко доступные в Сети программы, музыку и фильмы. Попытки создания безденежного протокола привели, в частности, к появлению GNU GPL (лицензия на программное обеспечение, передаваемое автором в общественное достояние) и другим проявлениям "копилефта" или "цифрового коммунизма". А тем временем, традиционные товары и услуги из реального мира тоже начали утрачивать дефицитность и трудоёмкость. Этот процесс пока в самом начале, но, например, распространение 3D-печати внятно говорит любому инженеру, что именно скоро случится с трудоёмкостью изготовления механизмов и построек. А директор супермаркета подтвердит вам, что абсолютно съедобные продукты с истекающим сроком годности проще раздать, чем продать за деньги. Что объединяет в этом абзаце Linux и творожный сырок из супермаркета? В обоих случаях их владельцы готовы отдать свой товар даром. Рост количества такого рода транзакций был замечен экономистами и привёл к появлению термина Gift economy (экономика дарения).

Смартфон, интернет и блокчейн позволяют создать общий протокол, обслуживающий любые транзакции экономики дарения.

Я живу за городом и регулярно пользуюсь автостопом. Только сегодня меня подвезли дважды, причём второй раз я даже руки не поднимал. А когда я сам был за рулём, то неоднократно подвозил стопщиков. Поэтому автостоп служит для меня наиболее изученным примером экономики дарения. И вот что я про неё знаю:

— Экономика дарения чудесно работает параллельно с денежной и для одной и той же услуги. Её предметом может быть не только спасённый от помойки творожный сырок. Хочешь — езжай на такси за деньги, на мягком сиденье и с музыкой. А хочешь — подними руку, и тебя отвезут даром. На мягком сиденье и с музыкой.

— Экономика дарения работает не только для товара с нулевой дефицитностью. Количество свободных мест в попутной машине — это ограниченный (дефицитный) ресурс. Но я видел, как водитель притормозил у автобусной остановки, полной пенсионеров (автобус тут ходит четыре раза в сутки) и взял до города всех, кто уместился (отбор произошёл по принципу "кто первый поверил своему счастью", причём ломанулись далеко не все).

— Экономика дарения работает не только для товара с нулевой трудоёмкостью. Понятно, что подвезти человека, которому с тобой по пути — для водителя тоже не нулевая трудоёмкость. Но я уже перестал удивляться, когда машина, которую я застопил, высадив меня разворачивается и уезжает обратно: водителю было не совсем по дороге, но на перекрёстке он меня высаживать не стал.

— Экономика дарения выглядит маргинальной на фоне денежной экономики. На такси можно доехать быстрее. Водителям понятно, что ты хочешь ехать "за спасибо", и тормозят далеко не все.

— Люди, участвующие в транзакциях экономики дарения, руководствуются не мотивацией наживы. Но что-то же их мотивирует меня подвозить?

Это мотивация признания. Моё "огромное спасибо" повышает их самооценку. Есть довольно много людей, которых это мотивирует.

Ну да, в экономике людьми управляет мотивация потребления: "Я готов много работать, чтобы стать миллиардером, купить персональный самолёт и тропический остров". Но это, во-первых, верно не для всех людей, а во вторых, у всех людей мотивация признания тоже присутствует. На мотивации потребления можно придумать динамит, но нельзя придумать Нобелевскую премию, а это сделал один и тот же человек. Все деньги за всю историю человечества, включая криптовалюты — это протокол, обслуживающий мотивацию потребления. Но экономика дарения всё равно существует, а свойства товаров меняются в сторону бесплатности, так что она будет расти.

И назрел вопрос создания протокола, который обслуживает акты дарения, продиктованные мотивацией признания.

В момент рождения этой идеи я называл это для себя "электронное спасибо". Сейчас, когда криптовалюта биткоин подсказала механизм реализации идеи, я предлагаю назвать этот протокол поствалютой.

Поствалюта тоже может иметь имя. Для целей этой статьи мне нравится слово "Сэнкс". Это от английского to thank (благодарить). Пусть будет Сэнкс, чтобы дальше не использовать слово "деньги" (не подходящее тут по смыслу), или не писать длинно "электронный протокол взаимодействия между людьми, делающими и получающими подарки". А вместо устаревшего "кошелёк", у меня тут будет "Сэнкс-рейтинг". В жизни название поствалюты может быть любое. Дальше расскажу, почему это может быть, например, "Лайк".

На примере автостопа это может работать так. Я поднимаю руку, водитель тормозит:

— Здравствуйте! За спасибо повезёте?

— А Сэнксы есть? Тогда садись!

На финише каждый открывает приложение на смартфоне, и водитель получает от вас +1 Сэнкс к своему Сэнкс-рейтингу. Ваш сэнкс-рейтинг при этом не уменьшается. Мало того, если у одного из вас "нету Сэнксов", то приложение просто тут же устанавливается на смартфон, и потом совершается транзакция. Даже если это смартфон пассажира. Стартовый (нулевой) сэнкс-рейтинг не является препятствием для совершения транзакции. Сэнкс-рейтинг пассажира в результате поездки может даже вырасти: это если водитель не был подключён к системе, а вы ему рассказали про Сэнкс. В этом случае его первый Сэнкс — вам. А уж чем в век Uber’а и Яндекс-такси можно заменить поднятую руку — это и ёжику понятно.

Появились вопросы? Отвечаю:

— А почему поездка стоила один Сэнкс? А километраж? А мягкость сиденья? А музыка?

— А потому, что человеческое "спасибо" в этой системе является высшей ценностью, не делимой и не масштабируемой. В этой системе один сэнкс — это любая транзакция. Скачиваете ли вы Linux или "Властелина колец". Проехали вы шесть километров или шестьсот. Взяли вы из супермаркета творожный сырок или баночку красной икры. Вы никогда не задумывались, почему с подарков, которые вы купили и дарите, принято сдирать ценник? Вот именно поэтому — один Сэнкс.

А почему не уменьшается Сэнкс-рейтинг у того, кто получил товар или услугу? Это же значит, что количество Сэнксов в системе будет непрерывно расти? Инфляция всё погубит!

Всё погубить может глупость, но не инфляция. Непрерывно расти будут Сэнкс-рейтинги всех участников экономики дарения. Рост рейтинга других участников никак не уменьшает вашу способность к транзакциям. Любая транзакция — это всё тот же один Сэнкс, он не дешевеет. Равная способность каждого участника системы к транзакциям (если он человек, а не бот) тут зашита в протокол, что обеспечивает реализацию базового принципа прав человека: "все люди рождены равными". А ботов сумеет выявить и отсеять блокчейн, его надо этому научить. Сэнксы, в отличие от денег, есть у вас всегда, они не дефицитны. Что соответствует отмеченному выше изменению свойств товаров в современном мире. Биткоин первым из валют реализовал отделение эмиссионного центра от государства, а сэнкс делает каждого участника системы равноправным эмиссионным центром. И этим реализует ещё одну важную идею XXI века: каждый человек имеет право на безусловный основной доход (basic income). Если уж "каждый человек имеет право на жизнь", то это должна быть достойная человека жизнь. Деньги в качестве основного протокола гарантируют многим только жизнь на помойке. А некоторым — и голодную смерть. Поствалюта должна автоматически обеспечить всем людям безусловный основной доход.

А зачем тогда вообще нужен Сэнкс-рейтинг, если Сэнксы, которые я получаю, я могу только накапливать, но не тратить? А тратить их я могу вообще бесконечно?

А вот зачем. В экономике дарения, как тут уже было замечено, присутствуют и товары, обладающие свойством дефицитности. А в денежной экономике таковых товаров и услуг пока большинство. Возможен ли их оборот по предлагаемому протоколу? Да, если будет решена проблема конфликта в обслуживании. Например, я автомобилист, и мне предстоит по работе поездка из Москвы в Санкт-Петербург. Бензин мне моя фирма оплатит, но ехать одному мне скучно. И я даю объявление на БлаБлаКаре, что готов отвезти желающих в Питер даром. И получаю на свои свободные три места триста желающих, полный Сапсан. Мои действия? Сегодня я поставлю в своём объявлении цену. Не потому, что очень нужны деньги, а просто чтобы количество заявок сократилось до удобочитаемого. Что может измениться завтра? А я добавлю к объявлению фразу "Отвезу за Сэнкс". Люди, не участвующие в системе, сразу идут покупать билеты на Сапсан. Что правильно. Потому что дарить что-либо имеет смысл только тем, кто сам умеет дарить. Для человека, падкого на халяву, но не умеющего ничего дарить, в русском языке существует слово "жлоб", и само явление тоже весьма распространено. Но со жлобами разговаривать в дороге не интересно, так что вы ничего не потеряете. А остальные желающие просто указывают в заявке свой Сэнкс-рейтинг, и компьютер их вам аккуратно ранжирует. И я вас уверяю: если в этот день в Москве гостит Линус Торвальдс и ему нужно в Питер, то именно его вы и повезёте. Сэнкс-рейтинг нужен для разрешения конфликта в обслуживании, если предметом транзакции является дефицитный товар или услуга. Потому что творожных сырков, баночек красной икры, и пряников, кстати, всегда не хватает на всех.

Сэнкс-рейтинг у человека может быть только один, и его всегда всем видно (например, от него зависит цвет иконки приложения на смартфоне). Поскольку ваш Сэнкс-рейтинг невозможно у вас отобрать, его содержимое бессмысленно и прятать, и анонимное участие в системе тоже бессмысленно. Что является ещё одним важным отличием Сэнкса от кошелька, рублёвого или биткоинового. И напрасно вы думаете, что цвет иконки не способен никого ни на что мотивировать. Некоторых людей количество лайков под фотографией на такие дела мотивирует, что вам и не снились.

Кстати о лайках. То, что лайк это деньги XXI века — не моя идея. В социальных сетях существует и ширится практика предложения товаров и услуг за лайки. Поствалютой может стать и лайк. Сэнкс отличается от лайка тем, что лайк сегодня — слишком сетевое явление и слово. А thanks в английском языке — краткая форма благодарности за дела, которые делаются в реальном мире. А ещё у лайка есть две беды: в России ВКонтакте популярнее Фейсбука, а в Китае вообще всё сложно. Какие лайки считаем, а какие нет? Вторая беда: накрутки и фальшивые аккаунты. Сэнкс, реализованный на блокчейне, может обслуживать события в реальном мире, решает проблему кросс-платформенности лайков, и даёт возможность избавляться от накруток. А если ваш Сэнкс-рейтинг привязан к вашему аккаунту в любой социальной сети, то лайки, поставленные с таких же аккаунтов, автоматически конвертируются в ваши Сэнксы.

Экономика дарения сегодня составляет крошечную долю от огромной мировой денежной экономики. Мотивация признания пока явно проигрывает мотивации потребления. Так есть ли у Сэнкса перспективы? В частности, может ли этот протокол обслуживать не только отношения водителей с автостопщиками, но и отношения людей с огромными корпорациями, из которых состоит современная экономика? Это предстоит выяснить. Вероятно, в систему надо будет ввести понятие корпоративного Сэнкс-рейтинга. Предположим, в желаемом (для автора) будущем доллар рухнул, рубль истлел, а курс биткоина перешёл через бесконечность в область отрицательных значений. Остался только Сэнкс. Должно ли в этом дивном новом мире по прежнему ходить метро? Если да, то чего ради люди будут там работать, если зарплату платить теперь нечем? В московском метро работает 35 тысяч человек, но пассажиры, которых семь миллионов в день, могут отдать каждый по Сэнксу только дежурной по станции. Поделиться личным Сэнкс-рейтингом с машинистами, осмотрщиками, слесарями и девочками из отдела кадров дежурная не может. Мэр Москвы, безусловно, заинтересован в работе метро, но перечислять каждый день по Сэнксу всем тридцати пяти тысячам он быстро устанет. Ну и откуда возьмётся у трудяги-машиниста высокий Сэнкс-рейтинг, чтобы после ночной смены бесплатно и без очереди получить в супермаркете свой творожный сырок? Я знаю, что ему после смены нужен вовсе не сырок, потому что в будущем он — робот. Но ведь девочки из отдела кадров останутся? Придётся, видимо, подключать турникеты метро к корпоративному Сэнкс-рейтингу метрополитена, который будет прирастать на семь миллионов Сэнксов в день, делиться поровну (упрощаю) на всех работников, и плюсоваться к их личному Сэнкс-рейтингу. И пока человек работает в метро, его Сэнкс-рейтинг растёт на двести Сэнксов в день, и каждый считает за честь бесплатно накормить и бесплатно подвезти именно его. Мотивация признания может тут сработать не хуже, чем высокая зарплата машиниста сегодня. Так что попробовать можно. Метро от этого не остановится.

P.S. Продолжение следует. С появлением поствалюты конец истории опять не наступит. Я сейчас читаю в Интернете про Bitnation и Freeland...

Андрей Трофимов