Сообщение о том, что французская полиция задержала экс-президента страны Николя Саркози в рамках расследования возможного незаконного финансирования его предвыборной кампании в 2007 году, является не сенсационным, а скорее поучительным примером. Бывшего хозяина Елисейского дворца задержали в отделении судебной полиции в Нантере под Парижем, куда он прибыл для дачи показаний.

Саркози подозревается, в частности, в получении незаконного финансирования от ливийского лидера Муаммара Каддафи. Вместе с Саркози был допрошен и его бывший советник, экс-глава МВД Франции Брис Ортефё.

Информация о возможном участии Триполи в финансировании избирательной кампании во Франции появилась еще в марте 2011 года. Тогда в эксклюзивном интервью телеканалу Euronews сын Каддафи Сайф аль-Ислам заявил:

"Саркози должен вернуть Ливии деньги, которые он взял на свою избирательную кампанию. Мы профинансировали его избирательную кампанию, у нас есть все документы, и мы готовы их опубликовать. Так вот мы требуем, чтобы этот клоун Саркози вернул деньги ливийскому народу. Мы помогли ему стать президентом, чтобы он помог народу Ливии. Но он нас разочаровал, и очень скоро мы опубликуем все банковские счета и платёжные ведомости".

Президент Франции эти обвинения отверг, назвав их местью за то, что его страна сыграла ключевую роль в свержении Каддафи. Расследование по этому делу началось в 2013 году, когда Саркози уже лишился президентского иммунитета.

Из задержания Саркози по ливийскому делу можно вынести два основных урока. Первый — в странах с развитой демократией, сменяемостью власти, функционированием политических и правовых институтов, нет неприкасаемых деятелей, включая высших должностных лиц. Если говорить о французах, можно ещё вспомнить бывшего директора МВФ Стросс-Кана, который потерял должность и возможность баллотироваться на пост президента страны из-за судебного преследования по делу об изнасиловании.

Второй и более важный урок — это то, что Каддафи мог заниматься финансированием своих авантюристических проектов за рубежом, в том числе из-за того, что мог спокойно распоряжаться советскими многомиллиардными кредитами и не погашать их годами, хотя Ливия считалась платежеспособной нефтедобывающей страной.

Между тем советские руководители, если и не настаивали на погашении кредитов по идеологическим соображениям, то хотя бы не прощали их ливийскому диктатору, как это бездумно сделал Путин, который совершил "исторический визит" в шатер Каддафи в апреле 2008 года для налаживания контактов с одиозным деятелем Северной Африки.

Тогда "прорывное решение", снявшее все преграды на пути двусторонних отношений комментировал "лучший министр финансов", по версии Путина, Алексей Кудрин: Москва списывает долг Ливии размером в 4,5 млрд долларов в обмен на многомиллиардные контракты для российских компаний, главным образом "Газпрома" и РЖД. Но почему-то "лучшим финансистом" умалчивались ненужность и явная вредность для финансов страны списания долга богатейшей нефтедобывающей и, следовательно, платежеспособной Ливии, что противоречило здравому смыслу.

Тем не менее до тех пор, пока в Ливии не произошли известные события с падением режима "друга" Путина, сделка с Каддафи позиционировалась как громадный успех российской политики на Ближнем Востоке и Северной Африки. Сейчас, когда Ливия фактически разделилась на две части, начала жить по шариату и не признает прежних международных обязательств, в Москве про этот "успех" и многомиллиардные контракты, естественно, не хотят вспоминать.

Прокол с Ливией так и не получил должной оценки ни в одной из ветвей российской власти, а также со стороны экспертного и журналистского сообщества. Причина всего этого — неприкасаемость Путина. Ограничились, как всегда, назначением стрелочника — посла РФ в Ливии В. Чамова. Между тем надвигающиеся события на арабском Востоке "проморгала" вся российская дипломатия во главе с "незаменимым" Лавровым.

Но самое возмутительное состоит в том, и это наглядно характеризует нынешнюю российскую власть и "безошибочность" Путина, что Чамовым прикрыли беспрецедентно бездарное решение, принятое на самом верху по поддержке резолюции СБ ООН по санкциям относительно Ливии, развязавшим руки антикаддафимским силам во главе с НАТО. Нужно быть настолько близоруким и еще трудно сказать кем, чтобы одной рукой прощать долги и получать контракты, а другой — поддерживать меры, ведущие к ликвидации режима Каддафи.

Уверен, в своих телеграммах Чамов придерживался линии, которая бы предотвращала наши потери в Ливии, за что и поплатился своей должностью. Тем не менее за потери в 4,5 млрд долл. в Ливии так никто и не ответил. Естественно, ведь прощали не свои кровные, а государственные, значит, по российской традиции, — ничейные. Более того, вызывает удивление поразительное уменьшение размера ливийского долга, который в советские времена оценивался в 8-9 млрд долларов.

Вот, такова цена исторического визита Путина в Ливию, из которого не было сделано никаких выводов и извлечено уроков. Наоборот, практика списания долгов продолжалась: кому они отменялись по политическим, а кому-то по меркантильным соображениям. Среди наиболее крупных бенефициаров по прощению советских долгов в последние годы были КНДР (11 млрд долл.) и Куба (30 млрд долл.)

Это серьезнейшая проблема, к сожалению, не стала предметом дискуссий и дебатов накануне переназначения Путина на должность президента с целью хотя бы предупреждения дальнейшего разбазаривания государственных средств. Пора уже одурманенной официальной пропагандой большей части российского общества перестать аплодировать царю-президенту и потребовать от него и его окружения отчитаться за народные деньги.

Кямран Агаев