Обложка романа Владислава Блонье "На волне"
  • 10-12-2018 (15:39)

Цена свободы

Андрей Коперник о романе Владислава Блонье "На волне"

update: 10-12-2018 (18:24)

Когда я взялся рецензировать роман Владислава Блонье "На волне", я понял, что самой трудной задачей будет определить жанр произведения.

Любовный роман, как и было сказано? Бесспорно. Юная Лиза Нистратова, главная героиня романа, подобно всем девушкам ее возраста, ищет Настоящую Любовь. И находит ее — в лице Макса, романтического рокера и полукриминального бизнесмена, и... его жены Марины. Трое авантюристов составляют на удивление крепкую и гармоничную полиаморную семью. Правда, эта семейка больше напоминает не идиллию хиппи, а пиратский союз Джека Рэкхема и его боевых подружек, Энн Бонни и Мэри Рэд.

Детектив, триллер, боевик? Да. На страницах романа царит отнюдь не идиллическая атмосфера: читателя ждут драки, ограбления, торговля наркотиками, изнасилования, убийства, рейдерские операции и тому подобные милые развлечения персонажей. И главная героиня далеко не всегда выступает в роли перепуганной свидетельницы или несчастной овечки-потерпевшей. Впрочем, несмотря на очевидные симпатии автора к "разбойному элементу" (по Бакунину), роман нельзя назвать бандитской сагой. И главной героине удается, заглянув в пропасть и встретив ответный взгляд, удержаться на грани.

"Современная проза"? Да. Это одна из тех книг, по которым будут изучать "десятые". Детали современной жизни, отмеченные автором, в совокупности составляют то, что называется "портрет эпохи". Время "АУЕ" и войны в Донбассе, время, когда все смотрели "Игру престолов" и слушали матерные гимны Шнура, время хайповых видеотрансляций и входящего в моду сап-серфинга, время "духовных скреп" и "закладок" с наркотой, время, когда прямые продажи уступили место SEO-технологиям, а промискуитет сменила полиамория.

НОВОСТИ
Реклама
Реклама

Роман о взрослении? Разумеется. В начале романа мы встречаем девушку-подростка: взбалмошную, категоричную в суждениях, жестокую (той детской жестокостью, что замешана на любопытстве и неумении примерить на себя чужие переживания) и способную на внезапные самоотверженные порывы, умную и обезоруживающе наивную... В конце произведения перед нами предстает взрослая женщина, много испытавшая, пережившая взлеты и падения, познавшая горечь потерь — но, несмотря ни на что, не разучившаяся радоваться жизни и бороться за свое счастье.

Две ипостаси главной героини разделяют четыре года.

Политический памфлет? В определенной степени. Уже в первой главе у Лизы происходит столкновение с преподавателем обществознания: "твердокаменный консерватор", гонитель "либеральной заразы" и поборник "традиционных ценностей" — персонаж скорее комический, чем отрицательный. Там же дается весьма нелицеприятная характеристика современной российской школе:

"Здесь отбывали одиннадцатилетний срок будущие работяги без квалификации, будущие "менеджеры по продажам", будущие мелкотравчатые уголовники, будущие домохозяйки и будущие матери-одиночки, будущие потребители, телезрители, электорат — словом, те, кого власть имущие пафосно именуют простыми трудящимися, моральным большинством и опорой страны".

В эпизоде съемок судебного реалити-шоу заходит речь о российской пенитенциарной системе:

"Ты знаешь, как возят на суд из следственного изолятора? Тебя поднимают в пять утра. Ведут на сборку — это такая большая камера, откуда зеков распределяют, кого в суд, кого на этап. Там потусуешься часа два. Потом часа три-четыре едешь в автозаке. Это такая стальная коробка на колесах. Без окон, с одной дверью. Туда набивают народу как селедок в бочку. Потом в суде несколько часов сидишь в конвойной камере. Прежде, чем попасть на суд, ты полдня проведешь в духоте, в табачном тумане, среди озлобленных и напуганных людей. Там и быдло, которое до ста считать не умеет, и клинические олигофрены, и поехавшие, и туберкулезники, и наркоманы на ломке, и спидовые, и кого только нет. Когда поднимают в зал заседания, уже никаких сил не остается. Одна мысль — делайте, что хотите, только отпустите душу на покаяние..."

А, оказавшись однажды под арестом за драку, Лиза знакомится с девушкой из "революционной" тусовки. Очень узнаваемые сектанты-"революционеры" страстно ненавидят Запад и "буржуазных обывателей" (тот самый "народ", который они хотят осчастливить, загнав в тоталитарный рай). Они отправляются удобрять своими трупами донбасские черноземы, а на родине приторговывают наркотиками, подворовывают в магазинах и за мелкий прайс подрабатывают пехотой в рейдерских "схемках"...

Вот только сама главная героиня подчеркнуто аполитична. Пафосные речи "революционерки" Веры, с которой она познакомилась в камере и неожиданно сдружилась, вызывают у нее не желание возразить, а скуку. Она любит романтические рок-баллады, а "песни протеста" определяет как "тоскливую хренотень". Ей "чужды страстишки российской "околополитики". Единственная идея, которую Лиза и ее "семья" воспринимают всерьез — идея ничем не ограниченной Свободы. Неспроста подруга Лизы Марина (а ее устами — автор книги) хвалит "лихие девяностые", это пугало современных пропагандистов:

"Не слушай всяких придурков, кто ноет про "страшные девяностые". Честное было время. Каждому по способностям. Кто-то привык стоять в стойле, мычать и ждать, чтобы хозяин насыпал в кормушку отрубей — да на здоровье! Только не обижайся, к быдлу отношение соответствующее. А для таких, как мы, это было время возможностей".

"На волне" — абсолютно неполиткорректная книга. Автор берет не натурализмом, коим в наше время никого не удивишь, а спокойным, даже безразличным пренебрежением "общепринятыми" нормами. Известно, что серьезная русская литература не любит ницшеанских бестий. Исключения нечасты. Одно из таких исключений — роман Блонье. Элитаризм центральных персонажей — не российского пошиба, не отягощенный самокопанием a la Dostojevsky и не приправленный тайной слабостью. Главные герои — умные, сильные, красивые и уверенные в себе люди. Они берут от жизни все — благодаря собственному уму и решимости (а не потому, что еще в школе вступили в Правильную Партию или их отцы в юности посещали правильную секцию самбо, где познакомились С Кем Надо). Они без колебаний устраняют тех, кто препятствует их свободе и счастью. Они не ограничивают себя чужими предрассудками — и роковой любовный треугольник преобразуется в "тройственный союз": немного непривычно, но... как сказала одна из героинь романа, "мы достойны получить такое удовольствие, которое недоступно серой массе".

Вот только цена, которую приходится заплатить за неограниченную Свободу, оказывается слишком высока...

Андрей Коперник

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
Реклама
Материалы раздела
  • 21-11-2019 (13:39)

"Мы написали наш гимн, потому что официальный гимн Российской Федерации не вызывает у нас серьезного и сильного чувства"

Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Загрузка...