Действующие лица пьесы "Пребиотики"
  • 09-03-2011 (15:08)

Если весело, то не страшно

Отстранение Путина от власти стало сюжетом сатирической комедии

update: 23-03-2011 (10:10)

Владимир Голышев "Пребиотики", 2011

Оказывается, можно сочувствовать Путину, Лужкову, Суркову и прочим из этой шатии-братии или, по крайней мере, сочувствовать одноименным персонажам художественного произведения. Именно это стало главным для меня в субъективном плане открытием, которое я сделал по прочтении новой пьесы Владимира Голышева "Пребиотики".

Сочувствовать именно по-человечески, как и принято говорить в подобных случаях. Автор все последнее время демонстрирует, что для него "человеческое важнее идеологического". Побывав в свое время и евразийцем, и имперцем — сотрудником газеты "Завтра", и русским националистом, и даже "запутинцем" в ФЭПе, Голышев

сейчас уже не верит ни в какие "измы" и пишет о человеческом и слишком человеческом, через которое временами просвечивает то божественное, то дьявольское.

Смотрите также
Реклама
НОВОСТИ
Реклама
Реклама

Если его первая проба пера в драматургии, апологетическая пьеса о Григории Распутине "Барнаульский натариз", — вещь, хоть и приправленная юмором, но в целом абсолютно серьезная и трагическая, то "Пребиотики" — незлая ирония, навевающая то самое "хорошо настроение", которое ныне и заменяет Владимиру Голышеву все "измы" вместе взятые.

При всем неожиданном сочувствии к персонажам усмотреть в этой авантюрной комедии хоть что-нибудь трагическое ну никак невозможно. Не считать же, в самом деле, таковым падение с вершины власти Владимира Путина или покушение на Рамзана Кадырова?

Разве что горькая "бабья доля" несчастной Людмилы Путиной представляется по-настоящему грустной, но не трагичной, конечно же. Если только не усмотреть трагедию в том, что нами правят такие люди и таким образом, какие описаны в пьесе…

Конспирологическая канва произведения известна по некоторым публицистическим текстам новоиспеченного драматурга и ряду записей в его блоге. Сурков, путинский пресс-секретарь Песков и некоторые другие копают под Путина, а отставка Лужкова стала одним из ударов по нынешнему премьеру. У Голышева партнером Суркова в этой интриге и, возможно, ее главным инициатором является американский "экспертократ" Макфол. В эту же "собачью свадьбу" затягивает и Олега Кашина, которого, по пьесе, используют "в темную".

Не знаю, насколько важным является вопрос о том, до какой степени голышевская версия уже произошедших политических событий и прогноз грядущих соответствуют и будут соответствовать действительности. Будем считать все эти сценарии подковерных баталий не более чем поводом для развития сюжета.

Интрига сплетена крепко, сюжет сделан хорошо — не оторвешься, но и он, в свою очередь, является, рискнем заявить, не более чем поводом для раскрытия человеческих характеров персонажей, как их видит автор. Хорошего в этих характерах, прямо скажем, негусто. Но вот он, сюрприз —

в "Пребиотиках" большинство действующих лиц оказываются симпатичными, потому что они забавны.

В этом главное отличие пьесы от схожих по тематике и "фигурантам" произведений, например от совершенно мизантропического "2008" Сергея Доренко, где гадливость и омерзение вызывают почти все.

У Голышева симпатична "нашистская" массовка на Селигере с репликами: "Алферов, чо, лох?" и "В Сколково вся сила". Симпатичен персонаж Сурков, наделенный цинизмом в не меньшей степени, чем его реальный прототип, однако являющийся словно бы наглядным воплощением "человека играющего", легко летящего на крыльях вдохновения, "незамороченного" художника политической манипуляции ("Остапа несло…"). Симпатичен Собянин, хотя бы когда он "включает" перед Путиным идеального чиновника, нечеловечески хладнокровного, не произносящего ни одного лишнего слова и не задающего ни единого необязательного вопроса, этакий комикс-вариант Штирлица. Симпатичен молчаливый, простой парниша Кашин. Трогательно, умилительно симпатичен пчеловод и пчелолюб Лужков. В своем последнем появлении на подмостках он, мучительно подбирая слова, пытается в последний раз объясниться начистоту с дорогими его москвичами:

"Москвичи — это такая большая пчелиная семья. Я — пчеловод. Я ей — семье — принадлежу. Весь. Без остатка. Я — ее часть. Москва — наш улей, дом нашей дружной пчелиной семьи. И я, как пчеловод, обязан о нем заботиться...

(передразнивает) "Почему жена мэра всегда выигрывала тендеры?" Нормально, да? <...> Москва выделяет бюджет и выбирает подрядчика. Варианты (перечисляет): "Рога и копыта" зятя префекта, питерское жулье и ленина фирма".

Сложнее всего, конечно, с Путиным. Автор не скрывает своего предельно негативного отношения к этому деятелю. Однако

в самом финале "Пребиотиков", когда антипутинская интрига разворачивается "на полную катушку" и бьет свою жертву прямо по лбу, она, жертва, вызывает наконец, по крайней мере, жалость.

Быть может, отгадка здесь в том, что на Руси всегда с некоторым сочувствием относились к дуракам... Путину недруги хотят "вынести мозг". Выбить его эмоционально и психологически из колеи, свести с ума. И вот на его вроде бы угрожающей, но в то же время какой-то жалобной реплике: "Ну, видит Бог, я этого не хотел... Не нравится по понятиям — будет по шариату", когда "хромая утка" хватается за последнюю, чеченскую соломинку, со мной случилось невероятное и в чем-то страшное — я сломался. Я начал ему сопереживать. Я начала болеть за Путина.

И только совершенно никакой, корявый Медведев с его постоянными речевыми ошибками и перевранными цитатами не вызывает ничего.

Превосходный, легкий и — подчеркнем еще раз — незлой юмор пьесы достигает своего апогея в сцене со Шварценеггером, блогом Медведева в Twitter и Сурковым, который выдает пачку сигарет за iPhone (четвертая сцена второго акта), где вся эта фантасмагория поднимается до уровня не просто бредового шапито, но высокого, благородного абсурда.

В отличие от своих реальных прототипов, герои пьесы Владимира Голышева оказались забавными и совсем-совсем не страшными. Что с них взять? Если и есть на этих вершинах власти и в разворачивающихся там баталиях что-то "демиургическое" или "дьявольское", то главный секрет и сила этого инфернального нечто заключается в его недоступности пониманию в первую очередь самих игроков из числа "элиты". Оно остается скрытым, как смысл и назначение в этой пьесе послуживших заглавием пребиотиков.

Пьеса "Пребиотики" доступна для чтения здесь и для скачивания здесь и здесь

Антон Семикин

Вы можете оставить свои комментарии здесь

Ошибка в тексте? Выделите ее мышкой и нажмите Ctrl + Enter
  • 10-09-2019 (16:12)

Noize MС запилил кавер на Летова: получилась годная композиция о прошедшем лете

Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Реклама
Загрузка...